[«100 лет одиночества»] Le Monde: противостояние с Россией делает Запад всё более одиноким

отметили
38
человек
в архиве
[«100 лет одиночества»] Le Monde: противостояние с Россией делает Запад всё более одиноким

Единство Запада в противостоянии с Россией обернулось его растущей изоляцией на мировой арене, констатирует Le Monde. Как отмечает издание, всё больше государств Азии, Африки и Латинской Америки отказываются присоединяться к санкциям против Москвы, которые бьют по экономике и продовольственной безопасности развивающихся стран.

Неоднократно откладывавшаяся видеоконференция между президентом Украины Владимиром Зеленским с Африканским Союзом, наконец, состоялась 20 июня за закрытыми дверями, напоминает Le Monde. Краткое послание украинского лидера было встречено африканскими лидерами вежливо, но не более того, что выглядело разительным контрастом по сравнению с воодушевлённой солидарностью конгресса США или парламентов европейских столиц, отмечает издание.

«Единство Запада, вновь обретённое перед лицом российской агрессии на Украине, идёт в паре с его относительным, но вполне реальным одиночеством, которое усиливается с началом войны в долгосрочной перспективе. От Африки до Азии и Латинской Америки расширяется лагерь стран, которые не хотят выбирать между Западом и Россией», — констатирует газета.

Целью западных экономических санкций является превращение России в государство-изгой, однако, хотя российская экономика становится всё менее связанной с Западом, она не отказывается от глобализации, расширяя сотрудничество со странами, не желающими делать выбор.

«Мир видит жёсткую реальность соотношения сил: когда Запад казался всемогущим, он злоупотреблял своим всемогуществом (Косово, Ирак, Ливия...). Поэтому многие страны… видят в войне на Украине скорее битву за установление соотношения сил в Европе, чем битву за принципы, которые нарушали все кому не лень», — анализирует бывший заместитель генерального секретаря ООН по операциям по поддержанию мира Жан-Мари Геэнно.

Если на севере голоса несогласных слышны редко, то на юге перед лицом продовольственного кризиса их становится всё больше, отмечает газета.

«Мы на самом деле не обсуждаем, кто ошибается, а кто прав: мы просто хотим получить доступ к зерну и удобрениям», — напомнил президент Сенегала Маки Салл во время визита в Париж после встречи с Владимиром Путиным в начале июня.

Как напоминает газета, 24 июня, когда Европейский совет признал Украину и Молдавию в качестве стран-кандидатов на вступление в ЕС, президент России на саммите с лидерами стран БРИКС — ни один из которых не ввёл никаких санкций против Москвы — осудил «эгоизм» Запада и призвал создать «по-настоящему многополярную систему».

2 марта на заседании Генеральной ассамблеи ООН в поддержку резолюции с осуждением России выступила 141 страна, поддержали Москву всего четыре участника, при этом 35 государств воздержались, в том числе Китай и Индия. 7 апреля только 93 государства из 193 проголосовали за исключение России из Совета по правам человека, 24 были против, а 58 воздержались. Как подчёркивает издание, речь идёт, в том числе, о развивающихся странах. «Они хотят, чтобы их голоса были услышаны в конфликте, который ещё больше, чем раньше, во время холодной войны, напрямую ударяет по ним резкими скачками цен на пшеницу или энергоносители и их системными последствиями», — рассуждает почётный профессор французского Института политических наук Бертран Бади.

Можно было бы вообразить, что южные страны, начиная с Африки, должны испытывать определённую солидарность с Украиной, ставшей жертвой вторжения колониалистов. Однако по мнению политолога Жан-Франсуа Байара, «это было недооценкой масштабов антизападных настроений, возмущения двойными, по их мнению, стандартами, прочности связей, сложившихся в советское время, и симпатии лидеров к консервативной тематике, которую несёт с собой Москва».

На Ближнем Востоке даже некоторые из самых лояльных союзников США, начиная с Саудовской Аравии или Объединённых Арабских Эмиратов, отказываются от санкций и стремятся сохранить канал связи с Москвой открытым, напоминает газета. Израиль столь же осторожен. В Латинской Америке Путин может рассчитывать на поддержку «вассальных» режимов Кубы и Венесуэлы, однако здесь и большинство умеренно-левых лидеров у власти или в оппозиции, а также некоторые правые здесь возлагают на США по меньшей мере часть ответственности за конфликт на Украине.

Этот новый раскол станет очевидным во время саммита «Большой двадцатки», который должен пройти 15—16 ноября на Бали, прогнозирует издание. Американцы, к примеру, выступают против приезда Владимира Путина, полноправного члена этого форума, объединяющего основные экономические державы мира. Китай и многие развивающиеся страны, в свою очередь, поддерживают точку зрения президента Индонезии о том, что пригласить на саммит следует и Путина, и Зеленского. Независимо от их близости к России, эти государства считают, что главное — сохранить функционирование мировой экономики, даже если Старый Свет при этом увязнет в войне, заключает Le Monde.

Добавил suare suare 3 Июля
проблема (2)
Комментарии участников:
Stopor
+3
Stopor, 3 Июля , url

Навводят санкций и гейпарадят друг дружку в хвост и в гриву. 

Hunter74
+2
Hunter74, 3 Июля , url

от одиночества видно.

Hunter74
+2
Hunter74, 3 Июля , url

хотя… чистая энергия очень хорошо, с эбнитовой палочкой. 

bvv4095
0
bvv4095, 3 Июля , url

Очень одинокий запад. Очень интересно.

suare
+1
suare, 3 Июля , url
Ничего нового.
 
Это фундаментальный принцип капитализма, основа его существования, т.е. краеугольного камня этой общественно-экономической формации, уходящей в прошлое на наших глазах: получение прибыли и первоначальное её накопление посредством ограбления себе подобных и превращения награбленного в капитал.
 
Человек человеку — волк и угроза жизни.
 
Это и есть «смерть Кащея» буржуазного строя.
 
 
Отчуждение — термин философии Карла Маркса. В широком плане означает классовый антагонизм, вызванный отсутствием отношений между индивидами[1]. В узком понимании отчуждение труда представляет собой общественную деятельность людей при определённых исторических условиях по изъятию у отдельного индивида труда, а затем и всех его общественных отношений[2].
 
Есть и философская основа этого процесса:
 
Эрих Фромм

Человек одинок

Отчуждение – вот участь отдельного человека при капитализме.

Под отчуждением я понимаю такой тип жизненного опыта, когда человек становится чужим самому себе. Он как бы «остраняется», отделяется от себя. Он перестает быть центром собственного мира, хозяином своих поступков; наоборот – эти поступки и их последствия подчиняют его себе, им он повинуется и порой даже превращает их в некий культ.

В современном обществе это отчуждение становится почти всеобъемлющим. Оно пронизывает отношение человека к его труду, к предметам, которыми он пользуется, распространяется на государство, на окружающих людей, на него самого. Современный человек своими руками создал целый мир доселе не виданных вещей. Чтобы управлять механизмом созданной им техники, он построил сложнейший социальный механизм. Но вышло так, что это его творение стоит теперь над ним и подавляет его. Он чувствует себя уже не творцом и господином, а лишь слугою вылепленного им голема. И чем более могущественны и грандиозны развязанные им силы, тем более слабым созданием ощущает себя он – человек. Ему противостоят его же собственные силы, воплощенные в созданных им вещах, силы, отныне отчужденные от него. Он попал под власть своего создания и больше не властен над самим собой. Он сотворил себе кумир – золотого тельца – и говорит: «Вот ваши боги, что вывели вас из Египта»...

А какова же судьба рабочего? Вот что отвечает на это вдумчивый и точный наблюдатель, занимающийся вопросами промышленности: «В промышленности человек превращается в экономический атом, который пляшет под дудку столь же атомистического управления. Вот твое место; вот так ты будешь сидеть; твои руки будут двигаться на х дюймов в радиусе у; время движения – столько-то долей минуты.

По мере того, как плановики, хронометристы, ученые-экономисты все больше лишают рабочих права свободно мыслить и действовать, труд становится все более однообразным и бездумным. Рабочему отказывают в самой жизни: всякая попытка анализа, творчества, всякое проявление любознательности, всякая независимая мысль тщательно изгоняются – и вот неизбежно рабочему остается либо бегство, либо борьба; его удел – безразличие или жажда разрушения, психическая деградация» (Дж. Джиллиспай).

Но и участь руководителя производства – тоже отчуждение. Правда, он управляет всем предприятием, а не только одной его частью, но и он точно так же отчужден от плодов своей деятельности, не ощущает их как нечто конкретное и полезное. Его задача – лишь с прибылью употребить капитал, вложенный другими. Руководитель, как и рабочий, как и все остальные, имеет дело с безликими гигантами: с гигантским конкурирующим предприятием, с гигантским национальным и мировым рынком, с гигантом-потребителем, которого надо прельщать и ловко обрабатывать, с гигантами-профсоюзами и гигантом-правительством. Все эти гиганты словно бы существуют сами по себе. Они предопределяют действия руководителя, они же направляют действия рабочего и служащего.

Вопрос о руководителе подводит нас к одной из важнейших особенностей мира отчужденности – к бюрократизации. Бюрократия заправляет как большим бизнесом, так и правительственными учреждениями. Чиновники – вот специалисты в управлении и вещами и людьми. И столь громаден аппарат, которым надо управлять, а следовательно и столь обезличен, что бюрократия оказывается начисто отчужденной от народа. Он, этот народ, – всего лишь объект управления, к которому чиновники не испытывают ни любви, ни ненависти, он им совершенно безразличен; во всей профессиональной деятельности чиновника-руководителя нет места чувствам: люди для него не более чем цифры или неодушевленные предметы. Огромные масштабы всей общественной организации и высокая степень разделения труда мешают отдельной личности охватить целое; притом между этими личностями и группами в промышленности не возникает сама собою непосредственная внутренняя связь, а потому без руководителей-чиновников не обойтись: без них вся система тотчас бы рухнула, ибо никому иному не ведомы ее тайные движущие пружины. Чиновники так же необходимы и неизбежны, как и тонны бумаги, истребляемые при их господстве. Каждый из нас с чувством полного бессилия сознает это роковое главенство бюрократов, вот почему им и воздают чуть ли не божеские почести. Люди чувствуют, что, если бы не чиновники, все развалилось бы на части и мы умерли бы с голоду. В средние века сюзерен считался носителем порядка, установленного богом; в современном капиталистическом обществе чиновник – особа едва ли менее священная, ведь без него общество в целом не может существовать.

Отчуждение царит не только в сфере производства, но и в сфере потребления. Отчуждающая роль денег в процессе приобретения и потребления прекрасно описана еще Марксом… Как же мы используем приобретенное? Я исхожу из того, что потребление – это определенное человеческое действие, в котором участвуют наши чувства, чисто физические потребности и эстетические вкусы, то есть действие, в котором мы выступаем как существа ощущающие, чувствующие и мыслящие; другими словами, потребление должно быть процессом осмысленным, плодотворным, очеловеченным. Однако наша культура очень далека от этого. Потребление у нас – прежде всего удовлетворение искусственно созданных прихотей, отчужденных от истинного, реального нашего «я».

Мы едим безвкусный малопитательный хлеб только потому, что он отвечает нашей мечте о богатстве и положении – ведь он такой белый и свежий. На самом деле мы питаемся одной лишь игрой воображения, очень далекой от пищи, которую мы пережевываем. Наше нёбо, наше тело выключены из процесса потребления, в котором они должны бы быть главными участниками. Мы пьем одни ярлыки. Откупорив бутылку кока-колы, мы упиваемся рекламной картинкой, на которой этим же напитком упивается смазливая парочка; мы упиваемся призывом «Остановись и освежись!», мы следуем великому американскому обычаю и меньше всего утоляем собственную жажду.

Первоначально предполагалось, что если человек будет потреблять больше вещей, и притом лучшего качества, он станет счастливее, будет более удовлетворен жизнью. Потребление имело определенную цель – удовольствие. Теперь оно превратилось в самоцель.

Акт покупки и потребления стал принудительным, иррациональным – он просто самоцель и утерял почти всякую связь с пользой или удовольствием от купленной вещи. Купить самую модную безделушку, самую последнюю модель – вот предел мечтаний каждого; перед этим отступает все, даже живая радость от самой покупки.

Отчуждение в области потребления охватывает не только товары, которые мы покупаем и используем; оно гораздо шире и распространяется на наш досуг. А как же может быть иначе? Если в процессе работы человек отчуждается от дела рук своих, если он покупает и потребляет не только то и не только потому, что вещи эти ему действительно нужны, как может он деятельно и осмысленно использовать часы своего досуга? Он неизменно остается пассивным, отчужденным потребителем. С той же отстраненностью и безразличием, как купленные товары, «потребляет» он спортивные игры и кинофильмы, газеты, журналы, книги, лекции, картины природы, общество других людей. Он не деятельный участник бытия, он хочет лишь «ухватить» все, что только можно, – присвоить побольше развлечений, культуры и всего прочего. И мерилом оказывается вовсе не истинная ценность этих удовольствий для человека, но их рыночная цена.

Человек отчужден не только от своего труда, не только от вещей и удовольствия, но и от тех социальных сил, которые движут общество и предопределяют судьбу всех его членов.

Мы беспомощны перед силами, которые нами управляют, и это сказывается всего пагубней в эпохи социальных катастроф – войн и экономических кризисов. Эти катастрофы кажутся некими стихийными бедствиями, тогда как на самом деле их навлекает на себя сам человек, правда, бессознательно и непреднамеренно. Безликость и безымянность сил, движущих обществом, органически присуща капиталистической системе производства.

Мы сами создаем свои общественные и экономические институты, но в то же время горячо и совершенно сознательно отклоняем всякую ответственность за это и с надеждой или с тревогой ждем, что принесет нам «будущее». В законах, которые правят нами, воплощены наши же собственные действия, но эти законы стали выше нас, и мы – их рабы. Гигантское государство, сложная экономическая система больше не подвластны людям. Они не знают удержу, и их руководители подобны всаднику на лошади, закусившей удила: он горд тем, что усидел в седле, но бессилен направить ее бег.

Каковы же взаимоотношения современного человека с его собратьями? Это отношения двух абстракций, двух живых машин, использующих друг друга. Работодатель использует тех, кого нанимает на работу, торговец использует покупателей. В наши дни в человеческих отношениях редко сыщешь любовь или ненависть. Пожалуй, в них преобладает чисто внешнее дружелюбие и еще более внешняя порядочность, но под этой видимостью скрывается отчужденность и равнодушие. И немало тут и скрытого недоверия.

Такое отчуждение человека от человека приводит к потере всеобщих и социальных связей, которые существовали в средние века и во все другие докапиталистические общественные формации.

А как же человек относится к самому себе? Он ощущает себя товаром, который надо повыгоднее продать на рынке. И вовсе не ощущает, что он активный деятель, носитель человеческих сил и способностей. Он отчужден от этих своих способностей. Цель его – продать себя подороже. Отчужденная личность, предназначенная для продажи, неизбежно теряет в значительной мере чувство собственного достоинства, свойственного людям даже на самой ранней ступени исторического развития. Он неизбежно теряет ощущение собственного «я», всякое представление о себе, как о существе единственном и неповторимом. Вещи не имеют своего «я», и человек, ставший вещью, также не может его иметь.

Нельзя полностью постичь природу отчуждения, если не учитывать одну особенность современной жизни – ее все усиливающуюся обесцвеченность, подавление интереса к важнейшим сторонам человеческого существования. Речь идет о проблемах общечеловеческих. Человек должен добывать хлеб насущный. Но только в том случае может он утвердить себя, если не оторвется от основ своего существования, если не утратит способности радоваться любви и дружбе, сознавать свое трагическое одиночество и кратковременность бытия. Если же он погряз в повседневности, если он видит только то, что создано им самим, только искусственную оболочку обыденного мира, он утратит связь с самим собой и со всем окружающим, перестанет понимать себя и мир. Во все времена существовало это противоречие между обыденностью и стремлением вновь вернуться к подлинным основам человеческого бытия.

И одной из задач искусства и религии всегда было помочь людям утолить эту жажду, хотя и сама религия в конце концов стала новой формой той же обыденности.

Даже первобытный человек не довольствовался чисто практическим назначением своих орудий и оружия, он старался украсить их, вывести за пределы просто полезного. А каково было назначение античной трагедии? Здесь в художественной, драматической форме представлены важнейшие проблемы человеческого существования; и зритель (впрочем, он не был зрителем в нашем, современном смысле слова, то есть потребителем) приобщался к действию, переносился из сферы повседневного в область общечеловеческого, ощущал свою человеческую сущность, соприкасался с основой основ своего бытия. И говорим ли мы о греческой трагедии, о средневековом религиозном действе или об индийском танце, идет ли речь об обрядах индуистской, иудейской или христианской религии – мы всегда имеем дело с различными формами драматизации главнейших сторон человеческого бытия, с воплощением в образах тех самых извечных вопросов, которые осмысляет философия или теология.

Что же сохранилось в современной культуре от этой драматизации человеческого бытия? Да почти ничего. Человек почти не выходит за пределы мира сработанных им вещей и выдуманных понятий; он почти всегда остается в рамках обыденности. Единственное, что по значению своему приближается сейчас к религиозному обряду, – это участие зрителя в спортивных состязаниях; здесь по крайней мере человек сталкивается с одной из основ бытия: люди борются, – и он радуется заодно с победителем или переживает горечь поражения вместе с побежденным. Но как примитивно и ограниченно человеческое существование, если все богатство и многообразие страстей сведено к азарту болельщика.

Если в большом городе случается пожар или автомобильная катастрофа, вокруг собирается толпа. Миллионы людей что ни день зачитываются хроникой преступлений и убийств и детективными романами. С благоговейным трепетом смотрят они фильмы, в которых главенствуют две неизменные темы – преступление и страсть. Это увлечение и интерес – не просто признак дурного вкуса, не просто погоня за сенсацией, но глубокая потребность в драматизации важнейших явлений бытия – жизни и смерти, преступления и наказания, борьбы человека с природой. Но греческая трагедия решала эти вопросы на высочайшем художественном и философском уровне, наша же современная «драма» и «ритуал» слишком грубы и нимало не очищают душу. Все это увлечение спортивными состязаниями, преступлениями и любовными страстями свидетельствует о том, что человек рвется за пределы обыденности, но то, какими способами он удовлетворяет эту свою внутреннюю потребность, свидетельствует о безмерном убожестве всех наших поисков и решений.


Перевод с английского Р. Облонской

Опубликовано в журнале «Иностранная литература», 1966, №1. — С.230-233.
Сканирование и обработка Людмилы Лобановой.
Hunter74
+2
Hunter74, 3 Июля , url

даже читать много не стал. суть — с нами будет хорошо, мы тебе все дадим. факт — мы делаем что хотим, вы нам не упёрлись. 

suare
+1
suare, 3 Июля , url

Источник прибыли — эксплуатация человека человеком и самого себя, как вещей.

Овеществление, обесчеловечивание человека, людей, целых народов и всего человечества во имя извлечения прибыли.

А ещё — спекуляция, т.е. обман всех всеми во имя выживания одного человека или одного народа. Построение Империи лжи.

Hunter74
+1
Hunter74, 3 Июля , url

вот ты завуалировал, я сказал бы прямо,  но меня точно забанят.

suare
+1
suare, 3 Июля , url

Как хочешь. Здесь свободный ресурс ;)

Hunter74
+1
Hunter74, 3 Июля , url

Не первый год здесь, и хочу заметить ни одного бана.

Всему есть своя мера, топить точно не собираюсь.



Войдите или станьте участником, чтобы комментировать