Владислав Лобаев: Вся линейка наших винтовок участвует в спецоперации

отметили
29
человек
в архиве

«РГ» удалось побеседовать с ведущим российским экспертом в области снайперского оружия, создателем сверхдальнобойных винтовок Владиславом Лобаевым. Он рассказал, как проявили себя в СВО его винтовки, может ли снайпер уничтожить ракетный комплекс и почему высокоточные винтовки так медленно принимают на вооружение.

Представления о снайперах у многих базируются до сих пор на примерах из Великой Отечественной войны. Насколько изменилась роль снайпера с того времени? Какое место он занимает в современной войне?

Владислав Лобаев: Роль снайпера с той поры значительно выросла. Во время Великой Отечественной войны снайперы были одиночками, максимум — работали парами. Сейчас есть тенденция к их увеличению в группе. Появились тройки, четверки, а также полноценные снайперские подразделения — взводы и роты, опять же, поделенные на двойки и тройки. Помимо этого, возникли и другие задачи. Так называемый антиматериальный снайпинг по различной военной технике, «жестким» целям. Вырос процент участия в контрснайперских миссиях. Это все-таки изменение по сравнению со Второй мировой. Тогда снайперы работали только по приоритетным целям: орудийные расчеты, гранатометчики, пулеметчики, командиры, связисты. Сейчас больше контрснайперской нагрузки.

Можно сказать, что в СВО наши снайперы оказались в принципиально новых боевых условиях и решают задачи, которые раньше им не приходилось решать? Как меняется их тактика в ходе СВО, чему учит их спецоперация?

Владислав Лобаев: Все оказались в принципиально новых боевых условиях, в том числе и снайперы. Я в своем канале писал о том, каким будет этот конфликт, как это мне виделось, еще до начала спецоперации, и о роли снайперских подразделений в нем. И все сбылось практически на сто процентов. В частности, о дальностях стрельбы, о которых я талдычил несколько лет до СВО, на что мне оппоненты возражали, что никаких полутора, а тем более двух километров в современном бою быть не может. Конечно, к этому можно было загодя подготовиться, но уж как есть, так есть. Главное, что выводы делаются. Изменения сейчас видны, и наше оружие помогает решать эти задачи.

Тактика меняется сообразно применяемому вооружению. Попадают наши новые винтовки с очень серьезными характеристиками по прицельной дальности и кучности, и меняется тактика. Если на вооружении были СВД и «Корд» с дальностью 800 и 1200 метров, то и тактика основывалась на этих возможностях. Когда к вам в подразделение попадает вооружение, способное поражать ростовую фигуру, скажем, на два километра, конечно, вы можете брать на себя ранее немыслимые задачи. И делать так, чтобы противник чувствовал себя неуютно на этой дистанции. Или поражать малогабаритные цели, защищенные в укрытиях, бетонированных сооружениях.

Вы еще на первом этапе объявили сборы средств на винтовки вашего производства для снайперов, участвующих в СВО. Сколько и каких, если не секрет, винтовок удалось поставить на фронт?

Владислав Лобаев: Сборы — это только один из каналов поставки. Очень много винтовок оплачивают и сами подразделения, а также спонсоры. Например, один оплатил оснащение снайперского взвода, другой — роты. Сколько именно винтовок ушло на фронт, я не могу сказать. А что касается наименований, то вся линейка. Наш модельный ряд самый большой в мире, и мы не ожидали, что каждая модель и модификация найдет свою нишу.

Мы получаем обратную связь от значительной части подразделений о нашем оружии. Знаем все нюансы применения. В современной практике снайперу не засчитывают поражение цели, если нет видеофиксации. Мы, естественно, отсматриваем ролики, анализируем. Их нельзя демонстрировать широкой общественности, но каждый выстрел, как правило, если он выполнен подразделением ВС РФ, документирован. Поэтому собирается статистика, мы на ее основе можем давать рекомендации.

Российские снайперы применяют новейшую тактическую винтовку «Сталинград» в ходе спецоперации
 

Как зарекомендовала себя в СВО ваша легендарная сверхдальняя винтовка «Сумрак»?

Владислав Лобаев: Зарекомендовала себя очень хорошо. Она с успехом применяется. Хотя есть более подходящая модель «Севастополь» DXL-4M в калибрах .375 и .408 CheyTac, но так получилось, что начало СВО совпало с этапом ее модернизации. Прямо сейчас изготавливается первая установочная партия новой эволюции «Севастополя». А поскольку востребованность калибра CheyTac в войсках высокая, нам пришлось поставлять винтовку «Сумрак». Все-таки очень много дальних задач. И несмотря на ее нескладной приклад, более спортивную конструкцию, применение для нее нашлось. Это стрельба со стационарных позиций. Выполнение очень дальних задач компенсировало сложность ее транспортировки в боевой технике. Она не очень компактна.

А сейчас как раз на выходе партия DXL-4 «Севастополь», и думаю, что она будет в основном поставляться в войска. А «Сумрак», конечно, свое место занял, но мне сложно предсказать его будущее. Может быть, новый «Севастополь» вытеснит его полностью, а может, он останется для выполнения каких-то особых снайперских миссий.

Можно ли говорить об отличии снайперской школы НАТО и советской/российской? В чем оно проявляется?

Владислав Лобаев: Говорить об отличиях можно. Школа в НАТО достаточно разношерстная. Британская имеет свои нюансы, американская основополагающая, а все остальные — это ее ответвления. Советско-российская школа характеризуется тем, что основана на старом снайперском оружии — СВД, ВСС и «Корд». И все это оружие в современном понимании не является снайперским со всеми вытекающими проблемами по кучности и дальнобойности. Из-за этого имеется ряд отличий и в методике подготовки. В НАТО используется оружие калибра CheyTac с дальностью до двух километров и у них, соответственно, другая тактика и методика подготовки. В нашей школе максимально дальнобойным был Mannlicher с дальностью 1200 метров, соответственно, курсанты не получали навыков стрельбы из более дальнобойного оружия. Сейчас эта ситуация медленно меняется, поскольку наши винтовки попадают в войска.

Сохраняется проблема подавления украинских средств ПВО. Вы писали, что охотой за ЗРК всегда занимался спецназ и, в частности, снайперы. Например, в Ираке во время операции «Буря в пустыне». Как это происходит на практике? Куда они бьют, по боекомплекту или антеннам РЛС? Под силу ли это нашим снайперам в СВО?

Владислав Лобаев: Для каждого вида техники, за которой идет охота, есть четкие инструкции с описанием уязвимых мест. Это что-то вроде схем, имеющихся в каждом учебном классе войсковой части с вражескими танками, бронемашинами, самолетами. Вот то же самое для винтовок разных калибров. Уязвимыми могут быть и боекомплекты, и антенны. Некоторые цели совсем «мягкие», как наши комплексы С-300, С-400 — они не бронированы. HIMARS и некоторые другие современные западные комплексы РСЗО уже легкобронированные и не всегда их можно пробить даже калибром 12,7 мм, поэтому это создает определенные сложности. Но на Украине основные комплексы все же отечественные. Под силу ли эти цели нашим снайперам? Проблема в том, что операции на большую глубину очень затруднены в силу оперативной обстановки на территории противника, и выживаемость таких групп под большим вопросом.

Говорят, несколько снайперов могут сковать целое подразделение. Можно, если это корректно, сопоставить по эффективности тройку-четверку снайперов и, к примеру, расчет РСЗО или САУ?

Владислав Лобаев: Да, снайперы могут оказать серьезный эффект и деморализующий, и остановить наступление противника. Это было показано еще Василием Зайцевым в Сталинграде, когда снайперский взвод остановил наступление полка высокоточным огнем, убивая пулеметчиков, командиров, расчеты орудий.

Что касается сравнения по эффективности тройки-четверки снайперов и тяжелого вооружения, то здесь совершенно разные дальности. У РСЗО это десятки километров. Но все равно рано или поздно вам придется сблизиться с противником, и тогда на первый план выступает снайперское оружие.

Вы не раз поднимали вопрос о недостаточном оснащении участвующих в СВО сил современным снайперским оружием. В чем причина? Казалось бы, в последние годы появилось несколько интересных разработок.

Владислав Лобаев: Причину я не раз называл — это сложность постановки на вооружение новинок и их закупок. Есть достаточно простое решение — дать возможность закупать заинтересованным подразделениям интересующее их оружие без постановки на вооружение. Пускай покупают, испытывают, опытно эксплуатируют и решают, в каких количествах эти винтовки им нужны. А постановку на вооружение оставить только для армии, да и то упростить процедуру. Сейчас она очень долгая, новинки практически невозможно поставить.

 
Добавил precedent precedent 9 Августа
Комментарии участников:
Ни одного комментария пока не добавлено


Войдите или станьте участником, чтобы комментировать