Книга — друг психического: чтение художественной литературы социализирует людей

отметили
9
человек
в архиве
Книга — друг психического: чтение художественной литературы социализирует людей
Чтение художественной литературы не только полезно для общего образования, как нас всех учат в школе, но и весьма благотворно сказывается на разуме, совершенствуя социальную приспособленность человека.

Профессор психологии Эммануэле Кастано и ее аспирант Дэвид Корнер Кидд из нью-йоркской Новой школы социальных исследований опубликовали в последнем номере журнала Science статью, демонстрирующую, как беллетристика улучшает целый набор мыслительных способностей, а также развивает мыслительные процессы, важные для сложной сферы социальных взаимоотношений между людьми.

Как ни странно, психологи нечасто задаются вопросом, насколько в действительности чтение художественной литературы влияет на человеческий разум — возможно, потому, что уже с детства знают ответ, неконкретный и расплывчатый.

Именно поэтому нью-йоркская команда решила восполнить этот пробел.

Есть такой набор качеств разума, который по-английски называется Theory of Mind (ToM), а на русском языке называется по-разному – теория разума, теория намерений, модель психического состояния человека, просто модель психического и так далее. Несмотря на то что в этом термине присутствует слово «теория», это не то чтобы теория — скорее специфический набор социальных качеств нашего разума. Обладание этим набором означает прежде всего способность воспринимать переживания других людей как свои собственные и в то же время осознавать тот факт, что твое собственное психическое состояние не тождественно психическому состоянию другого человека.

В психологии разработаны давно проверенные методики распознавания у людей их состояния «модели психического», поэтому исследователи и решили воспользоваться именно этой методикой.

Они набрали 86 добровольцев и в пяти отдельных экспериментах предложили им прочитать тексты одного из трех видов — литературно-художественные, популярные и нехудожественные. Выбирались лучшие тексты: в качестве беллетристики были выбраны отрывки из произведений, ставших финалистами премии National Book Award и премии О'Генри за лучший короткий рассказ; популярные тексты были взяты из бестселлеров портала Amazon.com; а уж совсем нехудожественные отрывки были взяты из золотого фонда журнала Smithsonian Magazine.

Возможно, российские психологи, приди им в голову мысль поставить такой эксперимент, выбрали бы другие отрывки для чтения, но результат, похоже, остался бы таким же, какой получили Кидд и Кастано.

По прочтении текста добровольца подвергали различным тестам по системе ToM, например показывали ему черно-белую фотографию глаз киноактера из какого-то фильма и просили описать его эмоциональное состояние. Остальные тесты были сложнее. Например, использовался недавно разработанный Йони-тест, который призван определять степень сопереживания испытуемого и того, насколько он правильно понимает переживания другого человека.
Добавил suare suare 5 Октября 2013
проблема (4)
Комментарии участников:
suare
+1
suare, 5 Октября 2013 , url
Во всех пяти экспериментах люди, прочитавшие отрывок из художественной литературы, намного лучше справлялись со всеми тестами на «модель психического». Иначе говоря, они становились более социально приспособленными, более «человеческими», чем те, кто читал просто информацию, даже очень хорошо написанную.

Все просто, утверждают Кидд и Кастано.

Чтение художественной литературы требует от человека сопереживания, стремления вместе с героем справиться с его проблемами — и не со своими, с чужими, которые для читателя быть чужими уже перестали. Именно это есть не что иное, как воспитание разума, подстегиваемое чтением беллетристики. Именно об этом, сами, может быть, не понимая того, нам твердили с детства наши родители.
Модель психического состояния человека (Оригинальный англоязычный термин — «Theory of Mind» (ToM)
В литературе можно встретить и другие варианты перевода этого термина, например: теория намерений, теория сознания и пр.

В фильмах BBC встречается как «теория разума») — система репрезентаций психических феноменов (метарепрезентаций), интенсивно развивающаяся в детском возрасте. Обладать моделью психического — означает быть способным воспринимать как свои собственные переживания (убеждение, намерение, знание и пр.), так и переживания других людей, — что позволяет объяснять и прогнозировать их поведение. Важнейший аспект модели психического — это восприятие другого субъекта как интенционального агента, — другими словами: осознание того факта, что собственное психическое состояние не тождественно психическому состоянию другого человека.

Сегодня модели психического посвящен широкий спектр современных (кон. 70-х гг. ХХ в. — нач. ХХI в.) исследований в области когнитивных наук и других междисциплинарных исследований мозга, мышления и сознания.
suare
0
suare, 5 Октября 2013 , url
«Хорошая» литература, то есть произведения, отмеченные литературоведами различными премиями или причисленные к классике, способствует развитию умения понимать эмоции и намерения других людей. Люди, читавшие рассказы Чехова, показали лучшие результаты по сравнению с читателями популярных детективов. Подробности со ссылкой на статью в Science приводит Science Now.

Авторы исследования, специалисты из Новой школы социальных исследований в Нью-Йорке, использовали в своей работе концепцию theory of mind: устоявшегося перевода этого понятия на русский язык пока что нет, однако ряд авторов использует словосочетание «теория намерений». При этом речь идет не о научной теории как таковой, а о способности человека воспринимать переживания других людей и понимать, что другие люди тоже наделены психикой, разумом, чувствами, причем все это не зависит от психики самого носителя «теории намерений». Теория намерений — это не описывающая намерения людей научная теория, а сформированное у большинства людей представление о том, как устроена психика окружающих.

Так как теория намерений является очень важным компонентом социального взаимодействия, психологи имеют в своем арсенале ряд тестов, позволяющих оценить развитие теории намерений у человека. Исследователи, о работе которых идет речь, использовали специальные опросники в опытах с добровольцами, которые предварительно читали те или иные тексты, причем ученые случайно распределили среди участников художественную литературу разного рода, а контрольная группа ничего не читала вовсе. Как показала обработка результатов, именно те, кто не читал ничего, хуже всего воспринимали выражение лиц людей на фотографиях и показывали самые низкие результаты в тесте на развитие теории намерений.

Те, кому достались выдержки из классики (рассказы Чехова или сборники лауреатов премии О.Генри) при этом обошли тех, кто читал выдержки из самых популярных по версии интернет-магазина Amazon произведений. Статистический анализ подтвердил, что эффект далеко не случаен и «хорошая» литература каким-то образом развивает теорию намерений лучше, чем «ширпортреб».

Ученые подчеркивают, что дело не в том, какие темы выбирают авторы: психологам не удалось найти связи эффекта с темой тех рассказов, которые предлагались испытуемым. Кроме того, отмечается в статье исследователей, вряд ли короткие рассказы столь уж серьезно могут пополнить опыт человека, чтобы достичь заметного в общем тесте улучшения. Скорее, предполагают авторы, речь идет о влиянии самого процесса чтения и каких-то стилистических особенностей текста. И, невзирая на не до конца понятный механизм улучшения теории намерений, ученые призывают в завершающей части своей работы не отказываться от преподавания литературы в школах США.
suare
0
suare, 5 Октября 2013 , url
«От термина «литературоведение» разит советской номенклатурой»
интерес к литературе заметно сокращается во всем мире, и это, конечно, отражается на статусе дисциплин, связанных с ее изучением.
— Каково современное состояние школ литературоведения? Как его преподают в Литературном институте им. Горького, в МГУ и в других российских вузах?

— Научные школы в целом, на мой взгляд, сегодня не процветают в принципе, поскольку во всем мире изменилась институциональная среда, в которой развивается наука. Ситуация, когда профессор десятилетиями преподает на одной кафедре и набирает на нее, прежде всего, если не исключительно, своих учеников и аспирантов, сейчас почти не нигде не встречается.

В отечественной филологии едва ли не последней была школа Лотмана в Тарту.
— Российское и советское образование отличалось фундаментализмом, тогда как американское и европейское акцентировало внимание на чем-то одном — гуманитарном или техническом, причем начиналось это еще со школьной парты. Со следующего года в школах России образование в школе будет также специализированным. Хорошо это или плохо, по вашему мнению?

— Фундаментализмом в том смысле, о котором шла речь в ответе на предыдущий вопрос, советское образование действительно отличалось, но фундаментальностью вряд ли — оно как раз было узкоспециализированным по факультетскому и кафедральному принципу и заключалось в подготовке специалистов по определенной сверху номенклатуре дисциплин — в отдельных случаях, чаще всего связанных с профессиями, востребованными в оборонной сфере, эта подготовка была очень качественной. С концом эпохи запланированного рынка труда и принципа «профессия на всю жизнь» целесообразность такой системы стала приближаться к нулю. В то же время американское образование как раз никогда специализированным не было, а, напротив, всегда носило универсальный характер, что стало одним из важнейших факторов, обеспечивших выход американского высшего образования на лидирующие позиции в мире. Переход к специализированному образованию в школе я воспринимаю как большую беду – на мой взгляд, это шаг в противоположном направлении по отношению к тому, что сегодня требуется, способный только усугубить и без того тяжелое состояние нашей образовательной системы.
— Современное гуманитарное образование выходит на новые рубежи. Филологам начинают преподавать технические направления и готовят их к работе c языком в интернете. Как вы считаете, это регресс или попытка сохранить филологию в другом виде, вдохнуть в нее жизнь?

— Разумеется, филологическое образование, игнорирующее изменения, происходящие в мире, это анахронизм, обреченный на вымирание. Так что те подходы, которые вы описываете, кажутся мне в общем разумными, если только, конечно, это делается качественно, а не представляет собой профанацию и кампанейщину, как это часто у нас бывает. К сожалению, я мало осведомлен о подобного рода практиках.
suare
0
suare, 5 Октября 2013 , url
Удаляем…


Войдите или станьте участником, чтобы комментировать