Напомню, что на 1 октября 2014 года внешний долг России составлял 678,435 млрд долл., из которых на государство приходилось всего 48,313 млрд долл. Банки были должны 192,026 млрд долл., прочие сектора экономики – 422,398 млрд долл., из них кредиты – 257,722 млрд долл. В ноябре–декабре наши частные структуры должны были погасить 29 млрд долл., а в 2015-м – 109 млрд долл.

После введения санкций прошло девять месяцев. Тем не менее, судя по всему, и правительство, и Центробанк оказались не готовы к росту спроса на валюту в условиях ограничения доступа к глобальному финансовому рынку. Шапкозакидательское отношение к этой проблеме в начале эпохи санкций сменилось удивлением: для начала никто из наших крупных должников не смог получить ни одного долгового цента в Азии. Китайцы не захотели портить отношения с Западом. Далее произошло совсем неожиданное: возникли проблемы с получением финансирования на мировом долговом рынке у российских компаний, не входящих в санкционные списки. Так, на всякий случай.

Эти огорчения отодвинули на второй план следующие вопросы. Как же могла возникнуть такая внешняя задолженность у российских компаний и банков? Почему условия кредитования в России были в разы хуже, чем на Западе? Каково было отношение сверхбдительной российской власти к такой модели финансирования российского крупного бизнеса, включая стратегические государственные активы в корпорациях нефтегазового сектора?

Наша силовая элита любит повторять цитату из культового фильма: «Вор должен сидеть в тюрьме!» Забыв напрочь контекст и правовой смысл коллизии между главными героями – Жегловым и Шараповым. Хотелось бы им напомнить и другую звонкую фразу Жеглова: «Наказания без вины не бывает, Шарапов!» Она помогает проследить цепочку причинно-следственных связей, приведших к острым неприятным проблемам, кризису.

Стратегия выхода из кризиса пока не очевидна. Ни власть, ни бизнес, ни наблюдатели не в курсе антикризисного плана, если таковой имеется. Паника, торможение межбанковского рынка, отсутствие кредитования реального и виртуального секторов экономики – грозные предвестники коллапса уже через несколько месяцев всего организма нашей экономики. Это – реальность, а не гипотеза. Об этом говорят многие страницы учебников по экономической истории, доступные студентам первого курса любого экономического вуза. Повторение мантры о неизбежности роста после «отскока в плюс» малопродуктивно. За два года до вожделенного «отскока» могут сломаться не только миллионы частных судеб, но судьба страны.

Пока я не ощущаю энергии решимости, знания, понимания и действия в принимаемых мерах. Требуется реорганизация правительства с включением в него представителей бизнеса, обладающих ясным пониманием шагов, которые необходимо сделать для включения в воспроизводственный оборот всех типов ресурсов, которыми мы располагаем. На рыночной основе.

Смысл и вожделенная мечта бюрократического капитала – доступ к госфинансам, бюджетным ресурсам, рычагам перераспределения. Нормальный частный кап