Если боевики после выборов легально придут в Киев, самым страшным будет украинский самосуд

отметили
34
человека
в архиве
Если боевики после выборов легально придут в Киев, самым страшным будет украинский самосуд
Добрый вечер. Верите ли вы в мирный план «нормандских» переговоров?

Матиос: Тот, кто не верит в мир, будет в состоянии абсолютной постоянной войны. В любой войне нет победителей. Есть убитые и раненые. Мы, скорее, выглядим сейчас как раненые. Любой формат, который уменьшает количество потерь людей, имеет целесообразность. Примет ли часть общества политические решения – я не уверен. Тем более, учитывая многие вещи, которые творились в конце августа, учитывая традицию 14 октября проводить марши «Свободы», я вижу непростые времена как для правоохранительной системы, так и для политического руководства государства. В том числе, в первую очередь, для ВР.

— В контексте приближающихся выборов не исключено, что депутатами на оккупированных территориях станут люди, приближенные к Захарченко. Можем ли мы помешать этому процессу?

— Пока что нет повода говорить о свершившемся факте проведения выборов на аннексированных территориях. Всяческий хлам, который мы сейчас там видим, в виде квазигероев, и является той опаской, которую воспринимает общество. Я не верю в наличие каких-то вещей, присущих настоящим мужчинам, которые бы им позволили без страха прийти в Киев. Если они придут – то украинский самосуд является самым страшным. После Колиивщины, когда истребили шляхту, ростовщиков истребили, в Украине 68 лет был полный мир и покой. Колиивщина – это спонтанная вещь, которая начинается у нас из-за неприятия какой-то, может, даже и будничной или не столь важной вещи, которая вызывает всеобщее осуждение.

— У вас есть какая-то информация – отводят ли большую технику?

— Для этого есть миссия ОБСЕ. У меня довольно скептическое отношение к полноте их мониторинга. Если там есть танки – то такие вещи невозможно не видеть. Любой инструмент боевых действий, который завезен в Украину, никогда здесь не победит – путем наших страшных потерь. Украинец уничтожит любого, кто придет в его дом. Государство потеряло много монополий – на силу, на порядок, на защиту граждан и т. д. Но украинец привык выживать на своем хуторке. Мы видим разбитые дороги, но у каждого возле дома есть свой сад. Никто не победит Украину, ужасные могут быть жертвы. Мы без оружия, без доспехов остановили вторую армию по численности, по оснащенности, армию РФ. Реально сейчас на территориях так называемых «ДНР», «ЛНВ» до 40 тыс. кадровых военных, которые имеют ту или иную гибридную форму своего присутствия — они или добровольцы, или отпускники, но это кадровые офицеры и солдаты, контрактники, которые получают из российского бюджета заработную плату и паразитируют на теле украинского Донбасса.

— Почему украинская политика больше не поднимает вопрос Крыма?

— Важен результат, а не процесс. Процесс может быть болезненным, а иногда и неприятным.
Добавил waplaw waplaw 15 Октября 2015
проблема (2)
Комментарии участников:
waplaw
+5
waplaw, 15 Октября 2015 , url
Продолжение:

Вручение подозрений парламентариям ПАСЕ, со стороны народного депутата Логвинского, привело к тому, что другие партии уже не хотят ехать в Крым. И такие месседжи, не напрямую от высшего руководства государства, а от других государственных представителей, дают серьезный результат. Прекращение транспортных поставок на территорию Крыма за неделю существенно изменило риторику СМИ самого полуострова.

— Но ведь эта акция была не акцией государства, а акцией самих граждан.

— Форма, когда невозможно политически, и форма, когда есть поддержка общества – она является чрезвычайно важной. Ничего же не произошло, нет же прямого блокирования. Есть курсирование на линии пешеходного перехода, где народ ходит. Эта патриотическая часть общества показывает другой, непатриотической, части общества (водителям, их владельцам), что больше наживаться на войне за счет страданий крымскотатарского народа и подпитки массы людей, которые предали Украину, уже не получится.

— Мы часто слышим обещания, что амнистии будут подлежать только участники конфликта, которые не совершили тяжких преступлений. Есть ли у военной прокуратуры механизмы этой дифференциации?

— Качество нашего парламента, представителей, избранных народом, требует большой поправки или критической оценки. Качество парламента не позволяет говорить о качестве законов. Как будет прописан закон – так и будем выполнять. Кто из депутатского корпуса сможет прописать, за счет чего государственные инструменты, то есть правоохранительные органы, должны сделать градацию – мы выполним этот закон. Мы, как представители правоохранительного блока, не можем свободно делать те или иные вещи. Амнистия – это акт законодательного органа государства, который четко прописывает, а президент подписывает. Что будет там написано — мы выполним. Кто не будет согласен с тем, что там будет написано, он имеет право встать, уйти или высказать свою гражданскую позицию.

— Но закон об амнистии уже был проголосован в сентябре прошлого года.

— Закон об амнистии, который был проголосован в сентябре прошлого года, распространяется на один год. Год закончился, тем более, что появились составы других преступлений, поэтому невозможно говорить, что мы будем применять устаревшие нормы закона.

— Муженко заявил, что 90% информации, которую он получал во время Иловайска, была неправдивой. Почему люди, которые занимались дезинформацией во время войны, не сидят в тюрьме?

— Базой является военная доктрина и концепция обороны, которая регламентирует наличие и прописывает военные уставы боевых частей. Боевая часть воинского устава высокомобильных аэромобильных десантных войск ВСУ регламентируется уставом, утвержденным в 1983 году начальником Генерального штаба СССР. Тогда был Афганистан — сейчас у нас уже Сирия. Поэтому говорить о неэффективности, предательстве, шпионаже… работает СБУ. Мы выявляем, документируем, отправляем в суд и кадровых военных, и представителей спецслужб. Право образованности, боевого и другого опыта начальника Генерального штаба оценивать ту информацию, которая ему поступает. Обычно во всем массиве информации, поступающей из штабов, есть доля дезинформации, есть доля непроверенной информации, но для того и есть талант (или не талант), чтобы оценить и рискнуть (или не рискнуть). Когда есть война, есть структурированные кадровые и другие части, которые подготовлены для войны. На момент операций лета прошлого года у нас такого понятия, как фронтовая разведка и разведка подразделений, не было по определению. Это подразделения, которые должны путем пересечения погружаться на территорию противника до 50-60 км и реально владеть ситуацией. Израиль первый беспилотник ввел и применил во время конфликта с Сирией в 1983 году. У нас беспилотники появились в результате чрезвычайных ситуаций, чрезмерных усилий волонтерской группы. А беспилотник, единственный, который был закуплен по курсу 8, за 16 млн грн в 2011 году, поломан с того времени, и до сих пор не могут отремонтировать. Не может человек, когда идет война, воспринимать только устные или текстовые доклады, если они не подтверждены реальными выходами туда. Имели то, что имели – такая судьба была тех, кто принимал решение.

— Почему у нас до сих пор закон об обороне 91-го года? Почему у нас нет военно-полевых судов, новых уставов?

— К чести президента государства и усилий, которыми пришлось преодолеть страшную корпоративную бюрократию, принята новая военная доктрина, которая отмониторена и очень одобрительно принята в НАТО. Военная прокуратура приступила к созданию новой военной доктрины, внесла очень много существенных поправок, которые туда вошли именно в результате полученного опыта и материалов, из уголовных производств, которые расследовались, и отражали те или иные вещи. Почему у нас нет нового закона об обороне? Профессиональный состав комитета обороны, как я прочитал в интернете, – «народные депутаты, комбаты, которые пришли в парламент на крови своих бойцов». Говорить о профессионализме отдельных народных депутатов по вопросам обороны – весьма сомнительно. Там единственный военный – полковник Мамчур, который выходил из Крыма. Другие – это люди, которые в той или иной форме находились в тот или иной период во время событий, которые происходили на территориях Луганской и Донецкой областей. Я несколько раз уже отчитывался на комитете – у меня очень гнетущее впечатление. Кроме желания председателя комитета Пашинского сделать что-то, иногда даже криком, иногда даже контроверсионно приходится спорить, он является двигателем процессов — другой комитет абсолютно эпистолярно-дискуссионный. Говорить и ничего не принимать, не слышать каких-то основных вещей. У нас за этот год 60 млрд на оборону, в следующем году – 100 млрд. Кабмин запретил любые проверки, и сейчас в государстве никто не контролирует освоение средств на оборону, кроме ведомственной некой группы управления, КРУ Минобороны, где сидят люди уже по 8-10 лет.

— Вы подтверждаете, что по-прежнему процветает коррупция?

— Коррупция никогда не исчезала ни в одном мире. Коррупция была и есть. Но инструменты ее обнаружения стали мизерными. Если раньше можно было проверить, почему командир подразделения не оформляет УБД тем, кто уже на мобилизацию пошел, то это был еще инструмент так называемого общего надзора прокуратуры. Мы просим парламентариев, чтобы на период боевых действий, АТО государство передало функции общего надзора именно в военные подразделения. Это есть основа основ. Каждую неделю от народных депутатов до работников Минобороны, в том числе из волонтерского десанта, одни на других пишут о возбуждении уголовных производств. А мы расследуем. Но это уже постфактум. Должны быть превентивные вещи – недопущение. А когда есть бесконтрольность – всегда будет соблазн. Война превратилась в коммерциализированный фарс. Должна быть неотвратимость наказания. У нас извращенная, несовершенная система юридической конструкции неотвратимости наказаний. Если мы уничтожаем инструменты принуждения и государства, то как у нас может быть какая-то разведка или контрразведка. Мы расследовали 16 тыс. уголовных производств в отношении дезертиров, которые покинули зону АТО, значительная часть которых с оружием. Объявили в розыск. Органы МВД нашли за год не более 1000. Они же никуда не вылетели – они пришли домой. Значит, участковый не работает, у которого зарплата 2000 грн, значит, не работает система. 90% задержанных за взяточничество военной прокуратурой арестовали. Всего за 9 месяцев — 103 уголовных производства, 60 — отправлено в суд, а приговоров нет.

— Кто сегодня должен модулировать систему неотвратимости наказания?

— Только законодатель, который напишет, как должно быть. Я точно знаю – дайте мне 1000 человек, дайте четкое задание, и через три месяца это задание будет выполнено. Надо определиться в первую очередь, с какой коррупцией мы должны бороться. Не может тот, кто украл восемь патронов или 20 комплектов формы волонтерской, иметь 5 лет лишения свободы, и тот, кто не уплатил какие-то налоги. Новая полиция, которая абсолютно позитивно воспринимается, не изменила сущности. В три раза выросла смертность на дорогах. Идет саботаж старой части, которую просто выбросили, и непонимание или отсутствие опыта новой системы. Мы имеем фактически полный паралич государственной системы.

— Что вы скажете о расследовании по Иловайску и Мукачево?

— Мы по Иловайску абсолютно все расследовали и вышли на одно – не зашли бы русские, не было бы тех последствий. Но ответственно ли высшее руководство ВСУ за непредусмотрение этих последствий? Для того чтобы это сказать, нам надо оценить, на основании исключительно документов и проведения соответствующих экспертиз, весь театр боевых действий, на территории всего государства. Все говорят, почему не было резервов, не было помощи под Иловайском, а в государстве от Иловайска до Киева на тот момент было 168 боеспособных бойцов. Вина или невозможность? Никогда в жизни никто в мире еще не расследовал ответственность военных за боевые действия, которые привели к большим потерям. Мы первые это делаем. У нас эксперты работают бесплатно – это гражданские люди, которых пригласили. Сейчас идет изъятие документов – за весь период, со всей страны. В Мукачево у нас событие совершенно неподконтрольной ситуации, когда парамилитарное вооруженное формирование, ПС, решило, что оно может вершить право на отдельно взятой территории. В 1948 году боевая часть израильской радикальной партии армии закупила у Франции вооружение и ввезла на территорию Израиля. Бен Гурион дал команду — и расстреляли корабль с этим вооружением. Погибли 15 представителей радикальной боевой части и 3 военных ЦАХАЛ. Израильское государство показало, что есть единственная монополия на силу — у государства. Когда государство теряет в отдельных областях монополию на силу, от Ровно до Мукачево, народ идет к тому, кто сильнее. В отдельно взятой области можно перекрыть трассу международного значения.

— Кто контролирует янтарь в Ровно?

— Беззаконие. За общественный порядок в государстве отвечает исключительно МВД, которое имеет для таких ситуаций Нацгвардию, 38 тыс. человек. Если бы министр поставил вопрос перед СНБО и отдал приказ Нацгвардии выдвинуться и сделать зачистку с соответствующим ужесточением наказания, то это должны выполнять суды Ровенской области. Но они живут рядом с теми, кто идет ночью копать. Если государство не может обеспечить представителю карательной составляющей государства защиту, то он что будет делать? У части украинского общества сбивается фокус, когда командир «Беркута», который издевался над людьми, которые отстаивали европейский выбор, на домашнем аресте, а Сиротюк, который также совершил преступление – арестован. Когда сбивается фокус, наступает анархия и хаос. Нельзя этого допустить. Каждый судья имеет фамилию. Тогда гражданское общество может о чем-то хлопотать. Когда у нас то, что должно происходить за три дня, происходит годами, то неотвратимость наказания уже теряет любой свой смысл.

— Вы говорите, что ПС — неконтролируемое формирование, но они, вроде бы, подчиняются Нацгвардии?

— Я не знаю, я не министр МВД. Если милиционер, нацгвардеец начинает стрелять в Мукачево, то тогда у нас государственный переворот, или как? Военная прокуратура не расследует события в Мукачево, я не знаю, что там происходит. Но могу сказать: потеря монополии на силу, на полную силу, в крайнем случае, не на тотальную, текущую, как хотел Янукович, а когда уже без другого невозможно, приведет к латентным очагам, к архаичной и хаотической силе, которую применяют не всегда порядочные люди, которые, прикрываясь политическими и патриотическими лозунгами, делают страшную бучу в государстве.

— Какова судьба бойцов «Торнадо»?

— Уголовное производство в отношении девяти бойцов «Торнадо» закончено. Защите и подозреваемым объявлены материалы уголовного производства. Быстрее найдут – быстрее будут направлены в суд. А другие в розыске. Часть не расформирована, часть в розыске.

— А те, которые не расформированы, где сейчас?

— Под Киевом.

— Есть ли вопросы, которые вы не можете донести до общества из-за властной цензуры?

— У нас нет такого понятия, как цензура. Это подмена понятий – потому что есть вещи, которые я не могу донести, но не из-за цензуры.

— Правда ли, что командующий АТО, Муженко, был назначен гражданским Наливайченко?

— Не Наливайченко, а руководителем АТЦ, на тот момент это был Василий Грицак.

— Кто сегодня должен модулировать систему неотвратимости наказания?

— Только законодатель, который напишет, как должно быть. Я точно знаю – дайте мне 1000 человек, дайте четкое задание, и через три месяца это задание будет выполнено. Надо определиться в первую очередь, с какой коррупцией мы должны бороться. Не может тот, кто украл восемь патронов или 20 комплектов формы волонтерской, иметь 5 лет лишения свободы, и тот, кто не уплатил какие-то налоги. Новая полиция, которая абсолютно позитивно воспринимается, не изменила сущности. В три раза выросла смертность на дорогах. Идет саботаж старой части, которую просто выбросили, и непонимание или отсутствие опыта новой системы. Мы имеем фактически полный паралич государственной системы.

— Что вы скажете о расследовании по Иловайску и Мукачево?

— Мы по Иловайску абсолютно все расследовали и вышли на одно – не зашли бы русские, не было бы тех последствий. Но ответственно ли высшее руководство ВСУ за непредусмотрение этих последствий? Для того чтобы это сказать, нам надо оценить, на основании исключительно документов и проведения соответствующих экспертиз, весь театр боевых действий, на территории всего государства. Все говорят, почему не было резервов, не было помощи под Иловайском, а в государстве от Иловайска до Киева на тот момент было 168 боеспособных бойцов. Вина или невозможность? Никогда в жизни никто в мире еще не расследовал ответственность военных за боевые действия, которые привели к большим потерям. Мы первые это делаем. У нас эксперты работают бесплатно – это гражданские люди, которых пригласили. Сейчас идет изъятие документов – за весь период, со всей страны. В Мукачево у нас событие совершенно неподконтрольной ситуации, когда парамилитарное вооруженное формирование, ПС, решило, что оно может вершить право на отдельно взятой территории. В 1948 году боевая часть израильской радикальной партии армии закупила у Франции вооружение и ввезла на территорию Израиля. Бен Гурион дал команду — и расстреляли корабль с этим вооружением. Погибли 15 представителей радикальной боевой части и 3 военных ЦАХАЛ. Израильское государство показало, что есть единственная монополия на силу — у государства. Когда государство теряет в отдельных областях монополию на силу, от Ровно до Мукачево, народ идет к тому, кто сильнее. В отдельно взятой области можно перекрыть трассу международного значения.

— Кто контролирует янтарь в Ровно?

— Беззаконие. За общественный порядок в государстве отвечает исключительно МВД, которое имеет для таких ситуаций Нацгвардию, 38 тыс. человек. Если бы министр поставил вопрос перед СНБО и отдал приказ Нацгвардии выдвинуться и сделать зачистку с соответствующим ужесточением наказания, то это должны выполнять суды Ровенской области. Но они живут рядом с теми, кто идет ночью копать. Если государство не может обеспечить представителю карательной составляющей государства защиту, то он что будет делать? У части украинского общества сбивается фокус, когда командир «Беркута», который издевался над людьми, которые отстаивали европейский выбор, на домашнем аресте, а Сиротюк, который также совершил преступление – арестован. Когда сбивается фокус, наступает анархия и хаос. Нельзя этого допустить. Каждый судья имеет фамилию. Тогда гражданское общество может о чем-то хлопотать. Когда у нас то, что должно происходить за три дня, происходит годами, то неотвратимость наказания уже теряет любой свой смысл.

— Вы говорите, что ПС — неконтролируемое формирование, но они, вроде бы, подчиняются Нацгвардии?

— Я не знаю, я не министр МВД. Если милиционер, нацгвардеец начинает стрелять в Мукачево, то тогда у нас государственный переворот, или как? Военная прокуратура не расследует события в Мукачево, я не знаю, что там происходит. Но могу сказать: потеря монополии на силу, на полную силу, в крайнем случае, не на тотальную, текущую, как хотел Янукович, а когда уже без другого невозможно, приведет к латентным очагам, к архаичной и хаотической силе, которую применяют не всегда порядочные люди, которые, прикрываясь политическими и патриотическими лозунгами, делают страшную бучу в государстве.

— Какова судьба бойцов «Торнадо»?

— Уголовное производство в отношении девяти бойцов «Торнадо» закончено. Защите и подозреваемым объявлены материалы уголовного производства. Быстрее найдут – быстрее будут направлены в суд. А другие в розыске. Часть не расформирована, часть в розыске.

— А те, которые не расформированы, где сейчас?

— Под Киевом.

— Есть ли вопросы, которые вы не можете донести до общества из-за властной цензуры?

— У нас нет такого понятия, как цензура. Это подмена понятий – потому что есть вещи, которые я не могу донести, но не из-за цензуры.

— Правда ли, что командующий АТО, Муженко, был назначен гражданским Наливайченко?

— Не Наливайченко, а руководителем АТЦ, на тот момент это был Василий Грицак.

Новости по теме: В Украине первый беспилотник появился только в 2011 г., — Матиос
— Разочаровались ли вы в послемайданных событиях?

— Недовольство есть, разочарования нет. Если быть полностью разочарованным – надо идти в монастырь. Я не чувствую такой необходимости – мы можем изменить государство.

— Возможны ли в ближайшее время реформы прокуратуры и реформы судейского корпуса?

— Реформа прокуратуры, согласно закону, происходит. Дискуссионный вопрос – коэффициент полезного действия от такой реформы. Но любая реформа уже положительная. Что будет – покажет время. Судейская реформа – это вопрос не ко мне.

— Должны ли мы на 100% прислушиваться к советам президентов Европы, президента США во внешней и внутренней политике или должны вести себя, как Израиль, который принимает решение в соответствии со своими представлениями о нацбезопасности?

— Мы должны слушать всех, но должны иметь аутентичную, свою собственную национальную политику.

— Воспринимаете ли вы критику Шокина?

— Да, если она конструктивная, но ее почти нет.

— Стало ли в обществе больше понимания, желания слышать друг друга?

— Уровень люмпенизации настроений, попытки и желания линчевания повысился. Это очень плохо.

— Гонтарева заявила, что Порошенко не обязан продавать свой бизнес. А вы как считаете?

— Жизнь гораздо сложнее, чем хотелось бы.

— Три острейшие проблемы украинской армии, связанные с преступностью?

— Отсутствие кадрового офицерского состава, отсутствие любой контролирующей структуры со стороны государства, в любом виде, для контроля полноты освоения бюджетных ассигнований, 5% от ВВП государства. И основное — не совсем всегда честное донесение реального положения дел до высшего командования.

— Спасибо, Анатолий Васильевич.
lev2k
+4
lev2k, 15 Октября 2015 , url
На бывшей Украине до «Майдана незалежности» всё было круто (лично мне нравилось), действительно: ближе к Европе по образу жизни, чем Россия, но порядок (я не про чиновников, а именно «гражданский порядок») как в республике Беларусь. В России задница стабильно заканчивается: люди стали жить объективно лучше, а в последние годы я перестал стыдится своего государства, а с февраля 2014 даже гордится начал. Так что не надо наговаривать на Россию и теперь уже «бывшую» Украину.
magmaster
+1
magmaster, 16 Октября 2015 , url
Словаки тоже думали что проблема в Чехах. Нет, оказалось в них самих…
yache
+9
yache, 15 Октября 2015 , url
Как это прекрасно, целый пласт государственных людей верят в ту хуйню, которую они же несут :))) Так и государству может прийти пиздец…
waplaw
+7
waplaw, 15 Октября 2015 , url
Так бывает, когда подросток заявляет родителям, что он уже взрослый и может сам решать свои проблемы.
Лиман
+3
Лиман, 15 Октября 2015 , url
Это свобода слова, балаболь то что приходит тебе в голову, ты ведь ни за что не отвечаешь, даже за базар, а тебя еще и в телеке покажут.
magmaster
0
magmaster, 16 Октября 2015 , url
Свобода слова и мысли от диктатуры разума. )
Лиман
+5
Лиман, 15 Октября 2015 , url
Я так понимаю перед выборами чел уже запугивает будущих депутатов от республик, укроповским самосудом.
Tade7am
+7
Tade7am, 15 Октября 2015 , url
Мы без оружия, без доспехов остановили вторую армию по численности, по оснащенности, армию РФ.

— Моня звонит из Израиля другу в Одессу:
— Сеня,  что там у вас творится?..
Да Украина немножко воюет с Россией…
— Ну и что, есть потери?
Да, есть… — Украина потеряла: Крым, пару областей, несколько самолётов и вертолётов, танков, БМПеш, разного там оружия, прилично народу и…
— А что русские?..
Моня, ты не поверишь, русские ещё на войну так и не приехали…
magmaster
+2
magmaster, 16 Октября 2015 , url
Украинец уничтожит любого, кто придет в его дом.
Ага, ждём.

источник: cs5.pikabu.ru
Adventurist
0
Adventurist, 16 Октября 2015 , url
Странные эклектичные рассуждения укропа. Укропия управляется из вне. Будет команда на «самосуд» -сделают. Будет команда целовать в зад всех депутатов- поцелуют. Как показали прошлые времена укропы хорошо дрессируются и уже выдрессированы штатовскими чиновниками и любыми другими (лишь бы деньги давали). Как моя собака- пока не дашь лакомство- лениться выполнять команды. А все остальное- как всегда в укропии: ла-ла-ла-ла и ни за что никто не отвечает.


Войдите или станьте участником, чтобы комментировать