Немецкий философ Вальтер Шубарт о русских.

отметили
14
человека
в архиве

источник: uslide.ru

 

Немецкий профессор Вальтер Шубарт утверждал:

«Западноевропейский человек рассматривает жизнь, как рабыню, которой он наступил ногой на шею… Он не смотрит с преданностью на небо, а, полный властолюбия, злыми враждебными глазами глядит вниз, на землю. Русский человек одержим не волей к власти, а чувством примирения и любви. Он исполнен не гневом и ненавистью, а глубочайшим доверием к сущности мира. Он видит в человеке не врага, а брата».

Англичанин хочет видеть мир — как фабрику,

француз — как салон,

немец — как казарму,

русский, — как церковь.

Англичанин хочет добычи,

француз – славы,

немец – власти,

русский – жертвы.

Англичанин хочет наживаться от ближнего,

француз – импонировать ближнему,

немец – командовать ближним,

а русский ничего от него не хочет.

Он не желает превращать ближнего в свое средство. Это братство русского сердца и русской идеи. И это есть Евангелие будущего. Русский всечеловек есть носитель нового солидаризма. Прометеевский человек уже обречен смерти. Наступает эпоха Иоанновского человека – человека любви и свободы.Таково будущее русского народа.

Запад движим неверием, страхом и себялюбием;

русская душа движима верою, покоем и братством.

Именно поэтому будущее принадлежит России…

У европейца — человек человеку волк, всяк за себя, всяк сам себе бог;

поэтому все против всех и все против Бога;

и героичность его есть очень часто эксцесс себялюбия и гордости — личной или национальной.

Это корыстный и хищный героизм. Европеец доволен, когда ему завидуют, и терпеть не может, чтобы его жалели, — это унижение. Поэтому он скрытен, притворяется, чопорен, чванлив и театрально надут — и когда русский это видит, то у него щемит на сердце.

 

Русский подходит к своему ближнему непосредственно и тепло. Он сорадуется и сострадает. Он всегда склонен к расположению и доверию. Быстро сближается. Он естествен, и в этом его шарм. Он прост, интимен, склонен к откровенности, стремится быть полезным.

Новый человек Европы не заметил, как он прошел через иудаизацию христианства и утратил и Бога и Христа. В России иное понимание Евангелия.

Русские были христианами до своего обращения в христианство. Поэтому христианство распространилось в России не мечом, как у Карла Великого, а само, легко и быстро — избранием.

Русское сердце было открыто не Ветхому, а именно Новому Завету. Так оно и осталось;

в русской душе есть данные, делающие русского человека самым верным сыном Христа.

Вот откуда русская национальная идея: спасение человечества придет из России. Это самая глубокая и самая широкая национальная идея из всех, имеющихся у других народов.

Основная социальная идея русского народа такова: общество как церковь, как духовная общность, как свободное многообразие в любовном единстве, как мистическое Тело Христа…

И ещё замечательно, что русское безбожие — иное, чем на Западе: оно не холодное сомнение, не безразличие, а огненный вызов Богу, трепещущее кощунство, восстание, жалоба на Бога, может быть, тоска по утерянном Боге. Самое безбожие носит у русских характер религиозного неистовства.

И самое понимание Евангелия в России иное, чем на Западе: западное христианство болеет властолюбием — оно насильственно обращает в христианство, это воинственное, милитаризованное учение о Боге, дающем победу; это искажение Евангелия Ветхим Заветом и естественный переход от Ветхого Завета к безбожию…

Можно сказать, что европеец — человек дела, а русский — человек души и сердца.

И Европа есть страна деловитости, а Россия есть родина души.

Душевный человек вчувствуется в ближнего и воспринимает его интуитивно и чутко; ему не важно происхождение, образование, партийность, профессия, титул и орден.

И замечательно, когда неевропеец впервые приезжает в Россию, он бывает приятно изумлен и обрадован; а когда русский впервые приезжает в Европу — то он чувствует себя отрезвленным и разочарованным.

Кто узнает русского лично — тот полюбит его.

Пока европейца знаешь по его заслугам — до тех пор он тебе импонирует.

Русский человек, может быть, и плохой делец, но братский человек. Он мастер давать и помогать — и дает с тактом и нежностью. Он гостеприимнее всех народов Земли. Он чувствует глубоко, умиляется и плачет. Русские люди и называют друг друга не по титулам и званиям — а просто по имени и отчеству.

Просты и скромны — русские ученые.

Сердечны и отзывчивы русские писатели.

У русского человека — человек человеку не волк, а Бог (Преп. Серафим говорил — «человек человеку радость»).

Русский человек — не одержим западным честолюбием и властолюбием: в глубине души он хочет угодить Богу, устоять пред Его лицом, а не пред человеками.

Эта русская братскость есть выражение веры и Царства Божия. Русский человек уверен — что любящий Бога будет любить и людей; и обратно. А любить — значит, уважать.

Русский человек — настолько укоренен в вечности, что способен наслаждаться настоящим мгновением. Для европейца характерно страхование жизни в страховых обществах; для русского — пренебрежение к скопидомству. Верным инстинктом русский чует, что капиталист — раб своего капитала и что жадность есть страх и безбожие. Отсюда же у русского — не историческое, а религиозно-метафизическое созерцание истории. В истории он стремится не ухватить все и все запомнить — а постигнуть религиозный смысл событий.

Русский человек творит свою историю религиозным ожиданием, сверхчеловеческою способностью страдать и терпеть.

Поэтому русская культура есть метафизическая культура, а западная — техническая культура;

и будущее принадлежит России.

Русский человек добр не из чувства долга, а потому, что это ему присуще, что он иначе не может. Это нравственность не рассудка, а сердца.

Воображение у русского человека — богато, дерзновенно и глубоко.

Европеец — техник.

Русский — романтик.

Отсюда у него два особых дара: способность к чужим языкам и дар к сцене и театру. Русские актеры не играют, а живут на сцене.

Перед русским театром — всякий европейский искусственен, натянут и дилетантичен.

Европейца тянет к специализации.

Русского — к целостному созерцанию.

Европеец — расчленяющий аналитик.

Русский — всепримеряющий синтетик. Он стремится не побольше знать, а постигнуть связь вещей, уловить сущность.

Русский способен как никто — слить поэзию, науку и религию; и в этом — будущее за ним, а он сам — человек будущего.

В России иное понимание Евангелия.

У русского народа целый ряд христианских добродетелей является устойчивыми национальными добродетелями — христианство как бы врождено славянской душе.

Русские были христианами до своего обращения в христианство.

Поэтому христианство распространилось в России не мечом, как у Карла Великого, а само, легко и быстро — избранием.

Русское сердце было открыто не Ветхому, а именно Новому Завету.

Так оно и осталось; в русской душе есть данные, делающие русского человека самым верным сыном Христа.

Вот откуда русская национальная идея: спасение человечества придет из России.

Это самая глубокая и самая широкая национальная идея из всех, имеющихся у других народов.

 

Из книги: «Европа и душа Востока»

Добавил Базон Хикса Базон Хикса 3 Октября 2019
проблема (6)
Комментарии участников:
havanalibere
+3
havanalibere, 3 Октября 2019 , url

По-ходу тебя сранж покусал… :)

Владимир104
+2
Владимир104, 3 Октября 2019 , url

У европейца — человек человеку волк, всяк за себя, всяк сам себе бог;

поэтому все против всех и все против Бога;

и героичность его есть очень часто эксцесс себялюбия и гордости — личной или национальной.

Это корыстный и хищный героизм. Европеец доволен, когда ему завидуют, и терпеть не может, чтобы его жалели, — это унижение. Поэтому он скрытен, притворяется, чопорен, чванлив и театрально надут — и когда русский это видит, то у него щемит на сердце.

 Юля заметь не я это сказал. А то что говорит в тебе или из тебя это зависть глупость и лабуда.

Юлька с н2
-2
Юлька с н2, 3 Октября 2019 , url

Да я русская, вообще-то. Наполовину финка, конечно, но на остальные 50% вообще своя в доску. Так что имею право смеяться и иронизировать над своей, русской нацией. :)

А для тех, кто слишком обидчив в отношении своей национальной принадлежности или еврейских религиозных культов есть русская поговорка: На обиженных воду возят.

Владимир104
+1
Владимир104, 4 Октября 2019 , url

А для тех, кто слишком обидчив в отношении своей национальной принадлежности или еврейских религиозных культов есть русская поговорка: На обиженных воду возят.

Это корыстный и хищный героизм. Европеец доволен, когда ему завидуют, и терпеть не может, чтобы его жалели, — это унижение. Поэтому он скрытен, притворяется, чопорен, чванлив и театрально надут — и когда русский это видит, то у него щемит на сердце

 Кстати юля глядя тебя и твою половинчатость у меня не щемит на сердце. Я уже научился понимать твою двуликость:))).



Войдите или станьте участником, чтобы комментировать