Забудьте про глобальный мир: любой физический контакт теперь станет роскошью !

отметили
12
человека
в архиве

Пандемия коронавируса стала расплатой за глобализацию, и именно по ней сильнее всего ударит. В будущем глобализацию заменит локализация всех процессов: все должно быть ближе, под контролем и как можно меньше зависеть от границ и перелетов, считает управляющий партнер First Nation Societe Bancaire Ян Яновский

Безусловно, эта пандемия затронет всех. Однако рискну предположить, что никто до конца не понимает, какими мы выйдем из наших квартир. Глубина изменений и то, как надолго они останутся с нами, напрямую зависит от срока самоизоляции. Если просто — чем дольше просидим, тем больше изменимся. Не хочется загонять себя в тоску, обсуждая экономическую сторону вопроса, — об этом уже много сказано и написано, — лучше попробуем поговорить о трендах изменений в социуме, на рабочем месте и внутри нас.

Все, что сейчас происходит, — в каком-то смысле расплата за прогресс, за неограниченное пользование возможностью сесть в самолет и через 20 часов оказаться в любой точке земного шара. Без глобализации не было бы пандемии, так что по глобализации сильней всего и ударило.

Отношение к путешествиям, тому, что связывало кусочки земли воедино, изменится. У аэрофобов появятся «братья» вирусофобы, как из числа пассажиров (10 часов до Нью-Йорка с чужим человеком локоть к локтю — испытание), так и среди тех, кто обеспечивает передвижение. Скорее всего, нам предстоит столкнуться с новыми уровнями контроля: тепловизоры, экспресс-тесты, чек-листы. Не исключаю, что пандемия изменит устройство самолета, — например, появятся индивидуальные дыхательные аппараты, перегородки между креслами, и т.д. Чтобы сохранить социальную дистанцию, людей будут рассаживать по борту на приличном расстоянии друг от друга — это уже не «люкс», а необходимость. Конечно, в таких условиях мы все дважды подумаем, лететь или не лететь.

Речь идет о формировании нового социального этикета, и пока не ясно, каковы будут его нормы. Например, в части прикосновений: я не уверен, что рукопожатия при встрече сохранятся, не говоря уже об объятиях или поцелуях.

К моменту, когда была объявлена пандемия, человечество неплохо продвинулось в идеологии sharing economy — но и здесь прогресс обернется вспять. Без понимания, с кем ты разделил пользование автомобилем или жилым пространством, не возникает доверия ни к одному, ни к другому. Приятнее, безопаснее изолироваться в «своем»: доме, квартире, машине, офисе. Многое из того, чем мы были готовы пользоваться несколько раз, вновь станет одноразовым, потому что так спокойнее, гигиеничнее.

Концепция дома будет пересмотрена. У жителей мегаполисов давно нет потребности в огромных квартирах, ведь мы в них возвращались в основном ночевать. Самоизолироваться же приятнее в большем количестве метров. Дома надежно, безопасно. Не хватает разве что впечатлений, но и их точно можно получать удаленно. Я никогда прежде не понимал, как можно подключиться к концерту на Ибице через устройства виртуальной реальности. Но это были времена открытых границ. Сегодня, вполне возможно, именно VR подарит нам массу впечатлений: групповые медитации, путешествия, концерты. И все это не выходя из дома.

Рассадка в самолете — только часть большой концепции личного пространства. Правила поведения в кино, театре, на концертах тоже будут меняться. На каком расстоянии должны стоять друг от друга столики в ресторанах? Сколько гостей может одновременно принять заведение? Будет разработано новое регулирование для мест общественного пользования. Любой физический контакт станет большой роскошью. Опера, поездка, учеба, поход к врачу — если за счет виртуализации это можно удешевить, снизить риски, значит, будем предпочитать онлайн офлайну.

Речь идет о формировании нового социального этикета, и пока не ясно, каковы будут его нормы. Например, в части прикосновений: я не уверен, что рукопожатия при встрече сохранятся, не говоря уже об объятиях или поцелуях.

К моменту, когда была объявлена пандемия, человечество неплохо продвинулось в идеологии sharing economy — но и здесь прогресс обернется вспять. Без понимания, с кем ты разделил пользование автомобилем или жилым пространством, не возникает доверия ни к одному, ни к другому. Приятнее, безопаснее изолироваться в «своем»: доме, квартире, машине, офисе. Многое из того, чем мы были готовы пользоваться несколько раз, вновь станет одноразовым, потому что так спокойнее, гигиеничнее.

Мы с удивлением осознали, что множество вещей не обязательно делать вместе.

С расширением функционала жилья нам придется пересмотреть отношение к зонированию. Я, например, в своей новой квартире выделил пространство для спорт-зала и очень благодарен своему спорт-клубу, который передал мне в аренду тренажеры. А вот офисные площади, наоборот, будут уменьшаться. Это меняет инвестиционные потоки. Такие активы, как офисная недвижимость, вероятно, сильно упадут в цене.

Мы с удивлением осознали, что множество вещей не обязательно делать вместе. Да, на входе эффективность упала, но постепенно люди научились работать из своих квартир. Мне кажется, это тренд — до 30% офисных работников и дальше будет работать из дома. Процесс урбанизации может развернуться: без привязки к рабочему месту, дешевле, комфортнее, приятнее жить за городом. Такой загородный домосед, конечно, «потребляет» меньше костюмов, дорогих аксессуаров, галстуков, укладок, так что спрос на эти вещи упадет. Нам всем придется жить в режиме оптимизации.

Раньше работодатель нанимал нескольких сотрудников, теперь нас ждет обратная ситуация — чтобы снизить риск сокращения и диверсифицироваться по отраслям, человек будет работать на несколько работодателей. Некоторые коллеги никогда не встретятся в режиме реального времени ни для личного общения, ни для оплаты услуг. Максимальное количество транзакций будет проходить бесконтактно. Мы увидим полную цифровизацию и бэк-ап всего — этакий существующий параллельно с нашим мир данных, плюс активное участие в процессах роботов. В случае новой пандемии человек в производственной цепочке, например, на кухне ресторана, — дополнительный риск-фактор, и если его функции может выполнять машина, скорее всего, такого человека заменят.

Как часть бизнеса вернется риск-менеджмент, и вновь станут актуальны ценности: меньше долга, меньше риска. Законотворчество коснется не только всех аспектов бизнеса, но жизни вообще. Будут прописаны новые четкие регламенты и ограничения, связанные с ограничением свобод и готовностью добровольно отказаться от многого в случае подобных форс мажоров/пандемий.

Глобализацию заменит локализация всех процессов. Испытание проходят все партнерства, союзы, объединения. Сегодня все должно быть ближе и под контролем, как можно меньше зависеть от границ, перелетов. Сейчас важнее места — продукт, который ты предоставил своим клиентам, то, как ты его продал и какому количеству потребителей. Например, детский сад, в который ходит наш сын, как и все другие, закрылся, однако, но его владельцы быстро сориентировались и смогли предложить новое решение. Теперь наш сын ходит в Zoom-детский сад: с 10 до 13 с небольшими перерывами дети, как и раньше, изучают буквы, рисуют, делают зарядку. Более того, у наших друзей, проживающих в Англии, детский сад тоже закрыт, но их ребенок, находясь в Йоркшире, теперь ходит в наш московский детский сад виртуально. Если ты — бизнес, сегодня ты там, где твои клиенты.

Оптимизация, локализация, автоматизация в полной мере затронут не только классические бизнесы, но и индустрию благотворительности. Некоммерческим организациям предстоит креативно подойти не только к поиску новых форматов фандрайзинга, но и новых форматов помощи. Не всякая офлайновая помощь может быть доступна. Фондам и бизнесам нужно будет много думать над своими стратегическими моделями. Роль партнерства государства и НКО тоже, скорее всего, вырастет.

Самоизоляция и пандемия меняют нас изнутри. Первое, что помогло мне примириться с новой реальностью, — прощание с иллюзией, будто бы я/мы можем контролировать всё. Нет, это не так, — не всё, далеко не всё.

Самое страшное, о чем не хочется говорить — это наша боязнь друг друга. В недалеком будущем, — да уже сейчас, — мы дважды подумаем, прежде чем кого-то позвать домой, пойти куда-то или присоединиться к какому-то сообществу. Те, кому сейчас 12-15 лет, привыкли получать кайф от онлайн-общения, не выходя из комнаты, у них даже нет запроса на другие форматы. А у нас есть, и, надеюсь, останется, потому что человеческий контакт бесценен.

О цене и ценности мы будем говорить все чаще и чаще, например, в контексте семьи. Многие уже за прошедшие месяцы смогли лучше узнать, чем живут и дышат их дети. Лично меня очень быстро перестал отвлекать смех моего ребенка в соседней комнате, напротив, это придает сил, мотивирует. За время изоляции появились новые семейные традиции, какие-то из них, надеюсь, станут частью будущей жизни. Я, например, страшно радуюсь вечернему ритуалу укладки сына на ночь. Вероятно, в дальнейшем мы с женой продолжим делать это по очереди. Мне кажется, что после этих событий мы все станем бережнее относиться к выбору тех, кто с нами.

После самоизоляции мы останемся с новыми фобиями. Тот, кто бьет себе в грудь и говорит, что это не так, просто не готов себе в этом признаться. Мы еще долгое время будем реагировать на каждый чих — и это не фигура речи. Будем дуть на парное молоко.

У меня есть гипотеза, что я буду больше обдумывать и ценить каждое свое действие и выбор, — станет больше осознанности. Речь не про скорость, а про глубину: не будет цели объять необъятное, захочется ощутимых, измеримых дел и результатов.

Я не верю, что мы забудем о том, что с нами сейчас происходит, а тем более, что забудем быстро. Гораздо правильнее, на мой взгляд, сейчас без иллюзий и бесполезных попыток предсказать что-либо сосредоточиться на том, что действительно важно именно для вас. В условиях изоляции, без лишних раздражителей и суеты, делать это стало намного легче.

Добавил truth truth 26 Апреля 2020
проблема (2)
Комментарии участников:
Ни одного комментария пока не добавлено


Войдите или станьте участником, чтобы комментировать