ЦБ в третий раз с начала пандемии снизил ключевую ставку, но лишь на минимальные 0,25 п.п., до 4,25%. В прошлый раз, 19 июня, ЦБ снизил ставку сразу на 1 п.п., до 4,5%

отметили
38
человек
в архиве
источник: s0.rbk.ru
 
Совет директоров Банка России в пятницу, 24 июля, снизил ключевую ставку на 0,25 п.п., до 4,25%, говорится в сообщении регулятора. Это уже третье снижение ставки Центробанком с начала пандемии и новый минимум стоимости заимствований в российской истории. Впрочем, теперь регулятор пошел на более скромный шаг: в прошлый раз, 19 июня, ЦБ снизил ставку сразу на 1 п.п., до 4,5%.

ЦБ также уточнил прогноз по инфляции. «По прогнозу Банка России, с учетом проводимой денежно-кредитной политики годовая инфляция составит 3,7–4,2% в 2020 году, 3,5–4,0% в 2021 году и будет находиться вблизи 4% в дальнейшем», — сказано в пресс-релизе. В апреле Банк России ожидал, что инфляция «составит 3,8–4,8% по итогам 2020 года и будет находиться вблизи 4% в дальнейшем», но в своем релизе после июньского заседания регулятор уже не давал столь четких ориентиров, указывая лишь, что его решение направлено на «удержание инфляции вблизи 4%».
 
ВВП по итогам годам снизится на 4,5–5,5%, прогнозируют в ЦБ. В 2021 году ожидается восстановительный рост на 3,5–4,5%, в 2022 году — на 2,5–3,5%. В июне ЦБ прогнозировал снижение ВВП в более широком диапазоне в 2020 году: на 4–6%. Хотя смягчение ограничительных мер и способствует оживлению экономической активности, восстановление мировой и российской экономики будет постепенным, отметили в ЦБ. Регулятор больше не ждет «значимого» отклонения инфляции вниз от таргета в 4% в 2021 году, но указывает, что такой риск сохраняется.

Процентные ставки по депозитам и ипотечным жилищным кредитам снижаются, но вместе с тем повышается и давление на процентные ставки из-за возросшего кредитного риска. В ЦБ рассчитывают, что очередное снижение ключевой ставки и произошедшее существенное уменьшение доходностей на рынке ОФЗ создают условия для снижения процентных ставок на других сегментах финансового рынка в дальнейшем.
 
источник: s0.rbk.ru
Чего ждали аналитики

Решение о снижении ставки было в целом ожидаемым. Экономисты расходились лишь в том, каким будет шаг регулятора. Рынок рассчитывал на более серьезное смягчение: большинство экономистов, опрошенных для консенсус-прогноза Bloomberg, прогнозировали снижение на 0,5 п.п.
В качестве аргументов в пользу снижения ставки экономисты приводили недавние заявления председателя ЦБ Эльвиры Набиуллиной и ее заместителя Алексея Заботкина, курирующего денежно-кредитную политику. Так, Набиуллина в июле заявила, что ЦБ видит пространство для снижения ставки из-за низкой инфляции. Заботкин в интервью Reuters, в свою очередь, сказал, что «существенная часть пространства для смягчения была использована» и «дальнейший темп снижения, вероятно, будет более постепенным».

Снижение ставки стимулирует экономическую активность и отражается в росте цен. В период замедления экономики из-за пандемии и карантинных мер возник существенный риск отклонения инфляции вниз от установленного ЦБ таргета в 4%. В июне годовая инфляция составила 3,21 против 3,02% в мае. Даже с учетом снижения ставки до 4,5% превышение инфляцией 4% в 2021 году весьма маловероятно, указывал Заботкин.

Экономист «ВТБ Капитала» по России и СНГ Александр Исаков отмечал, что в пользу снижения на 0,25 п.п. говорят неопределенность по поводу того, насколько выраженной будет реакция цен на смягчение денежно-кредитной политики, а также ожидания денежного рынка. Если регулятор сейчас поведет себя осторожно, риски, что ему придется вскоре корректировать политику, снизятся, говорилось в обзоре «ВТБ Капитала».
В этот кризис, вызванный пандемией коронавируса и падением цен на нефть, Центробанк вместо повышения ставки начал проводить мягкую денежно-кредитную политику. В марте ЦБ снизил ставку на 0,5 п.п., в июне — сразу на 1 п.п. — впервые с кризиса 2014–2015 годов.

ЦБ сохранил неизменным сигнал на дальнейшее снижение ставки. «При развитии ситуации в соответствии с базовым прогнозом Банк России будет оценивать целесообразность дальнейшего снижения ключевой ставки на ближайших заседаниях. Банк России будет принимать решения по ключевой ставке с учетом фактической и ожидаемой динамики инфляции относительно цели, развития экономики на прогнозном горизонте, а также оценивая риски со стороны внутренних и внешних условий и реакции на них финансовых рынков», — сказано в сообщении. Такой же сигнал содержался и в прошлом релизе.
 
Автор: Павел Казарновский
 
 
24 июля 2020 года
Пресс-релиз
 

Совет директоров Банка России 24 июля 2020 года принял решение снизить ключевую ставку на 25 б.п., до 4,25% годовых. Дезинфляционные факторы продолжают оказывать значительное влияние на инфляцию. После снижения в мае—июне инфляционные ожидания населения и бизнеса в целом стабилизировались. Хотя смягчение ограничительных мер способствует оживлению экономической активности, восстановление мировой и российской экономики будет постепенным. В этих условиях сохраняется риск отклонения инфляции вниз от 4% в 2021 году. Реализованное с апреля существенное смягчение денежно-кредитной политики направлено на ограничение этого риска и стабилизацию инфляции вблизи 4% на прогнозном горизонте. По прогнозу Банка России, с учетом проводимой денежно-кредитной политики годовая инфляция составит 3,7–4,2% в 2020 году, 3,5–4,0% в 2021 году и будет находиться вблизи 4% в дальнейшем.

При развитии ситуации в соответствии с базовым прогнозом Банк России будет оценивать целесообразность дальнейшего снижения ключевой ставки на ближайших заседаниях. Банк России будет принимать решения по ключевой ставке с учетом фактической и ожидаемой динамики инфляции относительно цели, развития экономики на прогнозном горизонте, а также оценивая риски со стороны внутренних и внешних условий и реакции на них финансовых рынков.

Динамика инфляции в этом году и в первой половине 2021 года будет во многом формироваться под влиянием произошедшего в II квартале глубокого падения внутреннего и внешнего спроса. Дезинфляционное влияние слабого спроса связано с экономическими эффектами ограничений. Произошедшее с апреля укрепление рубля во многом компенсировало его ослабление в марте, ограничивая повышательное влияние валютного курса на потребительские цены. После снижения в мае—июне инфляционные ожидания населения и бизнеса в целом стабилизировались.

В июне динамика потребительских цен была неоднородной. Это в том числе связано с постепенным, неравномерным восстановлением предложения товаров и услуг и реализацией отложенного спроса в условиях поэтапного смягчения режима самоизоляции. Поддержку потреблению также оказали меры бюджетной политики. При этом увеличение годовой инфляции до 3,2% в июне (после 3,0% в мае) в значительной мере объясняется эффектом базы, в первую очередь в динамике цен на плодоовощную продукцию. По оценке на 20 июля, годовая инфляция составила около 3,3%.

Показатели месячных темпов роста потребительских цен, отражающие наиболее устойчивые процессы ценовой динамики, по оценкам Банка России, находятся вблизи или ниже 4% в годовом выражении. Месячный прирост цен с исключением сезонности продолжил снижаться в июне и останется на пониженном уровне до конца текущего года на фоне сдержанного спроса. При этом показатель годовой инфляции продолжит увеличиваться в 2020 году из-за эффекта низкой базы 2019 года.

В условиях преобладающего влияния дезинфляционных факторов сохраняется риск отклонения инфляции вниз от цели 4% в 2021 году. Реализованное с апреля существенное смягчение денежно-кредитной политики направлено на ограничение этого риска и стабилизацию инфляции вблизи 4% на прогнозном горизонте. По прогнозу Банка России, с учетом проводимой денежно-кредитной политики годовая инфляция составит 3,7–4,2% в 2020 году, 3,5–4,0% в 2021 году и останется вблизи 4% в дальнейшем.

Денежно-кредитные условия в целом смягчились с момента предыдущего заседания Совета директоров Банка России. При этом динамика процентных ставок в различных сегментах внутреннего финансового рынка была разнонаправленной. Снизились кредитные и депозитные ставки, в том числе под влиянием принятых ранее решений о снижении ключевой ставки. Спреды доходностей корпоративных облигаций к ОФЗ уменьшились, приблизившись к уровням начала года. Вместе с тем повышенные кредитные риски ограничивают снижение процентных ставок. Продолжилось ужесточение неценовых условий кредитования в ряде сегментов рынка. Принятые Банком России решения о снижении ключевой ставки и существенное уменьшение доходностей на рынке ОФЗ по сравнению с уровнями марта—апреля создают условия для дальнейшего снижения процентных ставок в других сегментах финансового рынка. Это наряду с мерами Правительства, а также другими мерами Банка России поддерживает кредитование, в том числе в наиболее уязвимых секторах экономики. Объем депозитов продолжает расти при сохранении положительных реальных процентных ставок по ним с учетом ожидаемой инфляции.

Экономическая активность. Восстановление российской экономики будет постепенным с учетом поэтапного снятия ограничительных мер. Происходящее оживление деловой активности в целом остается сдержанным и неоднородным по отраслям и регионам. В июне замедлились падение промышленного производства, сокращение объемов заказов на внешнем и внутреннем рынках, а также рост безработицы. Косвенные индикаторы свидетельствуют о некотором оживлении инвестиционной активности. Продолжается восстановление сферы услуг и розничной торговли. Потребительский спрос поддержали меры бюджетной политики. Вместе с тем слабый внешний спрос наряду с ограничениями в рамках сделки ОПЕК+ отражается в снижении экспорта, что вносит негативный вклад в динамику экономической активности. Траектория дальнейшего восстановления экономики может быть неустойчивой в связи с произошедшим падением доходов, сдержанным поведением потребителей, осторожными настроениями бизнеса, а также ограничениями со стороны внешнего спроса.

В этих условиях ВВП снизится на 4,5–5,5% в 2020 году. В дальнейшем прогнозируется восстановительный рост российской экономики на 3,5–4,5% в 2021 году и 2,5–3,5% в 2022 году. Поддержку российской экономике оказывают меры Правительства и Банка России по ограничению экономических последствий пандемии коронавируса, в том числе смягчение денежно-кредитной политики, а также регуляторные меры Банка России.

Инфляционные риски. Дезинфляционные риски преобладают над проинфляционными. Дезинфляционные риски для базового сценария в основном связаны с неопределенностью относительно дальнейшего развития ситуации с пандемией коронавируса в России и в мире, масштабов возможных мер борьбы с ней и их влияния на экономическую активность, а также скорости восстановления мировой и российской экономики в результате смягчения ограничительных мер. Сдерживающее влияние на динамику инфляции могут также оказать устойчивые изменения в предпочтениях и поведении населения, а также сопутствующее повышение склонности к сбережению.

На краткосрочном горизонте ряд факторов может оказать повышательное давление на цены, в частности нарушение логистических цепочек в условиях сохраняющихся ограничений, а также дополнительные издержки предприятий, связанные с защитой работников и потребителей от угрозы распространения коронавируса. Краткосрочные проинфляционные риски могут также быть связаны с большей, чем предполагается в базовом сценарии, реализацией отложенного спроса на товары и услуги. Периоды усиления волатильности на глобальных рынках могут отражаться на курсовых и инфляционных ожиданиях.

На среднесрочную динамику инфляции будет значимо влиять бюджетная политика, в частности масштаб и эффективность мер, принимаемых Правительством для смягчения последствий пандемии коронавируса и преодоления структурных ограничений, а также скорость бюджетной консолидации в 2021–2022 годах.

При развитии ситуации в соответствии с базовым прогнозом Банк России будет оценивать целесообразность дальнейшего снижения ключевой ставки на ближайших заседаниях. Банк России будет принимать решения по ключевой ставке с учетом фактической и ожидаемой динамики инфляции относительно цели, развития экономики на прогнозном горизонте, а также оценивая риски со стороны внутренних и внешних условий и реакции на них финансовых рынков.

По итогам заседания Совета директоров по ключевой ставке 24 июля 2020 года Банк России опубликовал среднесрочный прогноз.

Следующее заседание Совета директоров Банка России, на котором будет рассматриваться вопрос об уровне ключевой ставки, запланировано на 18 сентября 2020 года. Время публикации пресс-релиза о решении Совета директоров Банка России — 13:30 по московскому времени.

При использовании материала ссылка на Пресс-службу Банка России обязательна.

 
24 июля 2020 года
 
Выступление
 

Сегодня Совет директоров принял решение снизить ключевую ставку на 25 базисных пунктов, до 4,25% годовых. На ближайших заседаниях мы будем оценивать, насколько целесообразно ее дальнейшее снижение.

Мы продолжили смягчение денежно-кредитной политики, в первую очередь учитывая, что все еще сохраняются риски отклонения инфляции вниз от 4% в 2021 году. Это связано со значительным снижением экономической активности, падением внутреннего и внешнего спроса. Восстановление, по нашей оценке, займет более полутора лет, что окажет сдерживающее влияние на динамику цен.

Отмечу, что особенность текущего момента — это высокая неоднородность развития ситуации с пандемией и смягчением ограничительных мер — и в мире, и в России — в разных регионах и разных отраслях. В июне — первой половине июля по мере смягчения режима самоизоляции происходило оживление экономических процессов в России: восстанавливались энергопотребление, потребительский и инвестиционный спрос, расширялись строительство и выпуск потребительских товаров; замедлились годовые темпы снижения грузооборота транспорта, промышленного производства. В то же время настроения бизнеса и населения хотя и улучшались, но в целом оставались осторожными, учитывая сохранение высокой неопределенности относительно дальнейшего развития ситуации.

В июне текущие месячные темпы роста потребительских цен заметно отличались по разным группам товаров и услуг с учетом разнородного влияния факторов со стороны спроса и предложения на отдельных рынках. При этом после усиления в марте—апреле общее инфляционное давление снижается, что отражают устойчивые показатели инфляции, очищенные от влияния разовых факторов. После снижения в мае—июне инфляционные ожидания населения и бизнеса в целом стабилизировались. Что касается профессиональных аналитиков, то их ожидания по инфляции на следующий год опустились ниже 4%.

Мы ожидаем, что неоднородность восстановительных процессов в экономике и динамике цен сохранится и в ближайшие месяцы. Она может несколько «зашумлять» общую картину складывающихся тенденций.Но с точки зрения решения по ключевой ставке и перспектив денежно-кредитной политики более важен среднесрочный взгляд на динамику цен и экономической активности с учетом устойчивых факторов. Экономика будет возвращаться к своему потенциалу постепенно, в связи с чем будут преобладать дезинфляционные тенденции.

Мы существенно не изменили прогноз годовой динамики ВВП, учитывая действие двух разнонаправленных факторов.

С одной стороны, это более глубокое падение деловой активности, внутреннего и внешнего спроса в II квартале. Оно связано с более продолжительным действием ограничений в России и других странах, чем мы ожидали в апреле. Мы оцениваем снижение ВВП в II квартале в 9–10%.

С другой стороны, произошло существенное расширение по сравнению с апрелем бюджетных и иных мер поддержки экономики, что частично компенсирует снижение доходов, поддерживает потребление и инвестиции и способствует более быстрому оживлению экономической активности. В текущем прогнозе мы учли, что бюджетный стимул в этом году возрос почти в два раза по сравнению с теми мерами, что были приняты на момент апрельских прогнозных расчетов. Кроме того, восстановлению экономики будет способствовать и смягчение денежно-кредитных условий, принимая во внимание существенное снижение ключевой ставки.

С учетом этих факторов мы прогнозируем снижение ВВП на 4,5–5,5% в текущем году и последующий восстановительный рост на 3,5–4,5% и 2,5–3,5% в следующие два года. Эти оценки в основном находятся внутри интервалов, которые мы давали в апреле. Как и ранее, мы ожидаем, что наиболее существенный вклад в снижение ВВП в 2020 году внесет падение внешнего спроса, что отразится в снижении экспорта на 13–15%. При этом мы ожидаем, что сокращение инвестиций и потребления в текущем году будет примерно одинаковым и составит от 6 до 8%.

Притом что в 2021 году прогнозируется заметный восстановительный рост, экономическая активность все еще будет находиться ниже уровня 2019 года и ниже потенциала. Это значит, что сдерживающее влияние совокупного спроса на динамику потребительских цен в следующем году все еще не будет исчерпано. Пониженные текущие месячные темпы роста цен сохранятся до конца года. Возвращение инфляции к 4% будет происходить постепенно, с учетом того, что восстановление спроса, в том числе под влиянием смягчения денежно-кредитной политики, требует времени. Мы прогнозируем годовую инфляцию в интервале 3,5–4,0% в 2021 году и ее дальнейшую стабилизацию вблизи 4% в 2022 году.

При этом напомню, что мы ожидаем инфляцию в интервале 3,7–4,2% по итогам текущего года. И здесь стоит отметить два момента. Первое — повышение показателя годовой инфляции с июньского уровня в 3,2% будет вызвано в первую очередь выходом из базы расчета низких значений второго полугодия 2019 года, а не текущими темпами роста цен. Второй момент. Ожидаемый возврат инфляции к 4% в конце года объясняется вкладом временных проинфляционных факторов, которые реализовались в марте—апреле. Без этого временного ускорения роста цен устойчивое инфляционное давление в 2020 году, как я уже отметила, находится на пониженном уровне, ниже 4%.

То снижение ключевой ставки, которое произошло с апреля, способствует дальнейшему смягчению денежно-кредитных условий. Мы видим, что в банковском секторе происходит снижение процентных ставок. Однако мы учитываем, что есть факторы, которые могут сдерживать этот процесс. Это возросшие кредитные риски и связанное с ними повышение требований к заемщикам, это и внешние факторы, которые могут вызвать колебания премии за риск. Кроме того, мы учитываем, что дополнительный вклад в смягчение денежно-кредитных условий сейчас вносят регуляторные послабления и льготные кредитные программы.

Процентные ставки по депозитам превышают прогнозируемую инфляцию. Продолжается увеличение рублевых банковских депозитов физических лиц — годовой темп их прироста составил 10,9% в июне.

Смягчение денежно-кредитных условий под влиянием реализованного снижения ключевой ставки окажет поддержку росту кредита уже в текущем году. Мы прогнозируем увеличение кредитования экономики на 6–9% по итогам 2020 года и на 7–11% в следующие два года. Это внесет положительный вклад в динамику ВВП.

Принимая решение о снижении ключевой ставки, мы учитываем и заявленные планы в отношении бюджетной политики, в том числе предстоящую бюджетную консолидацию в 2021–2022 годах. В этом году Правительство расширило бюджетные расходы более значительно, чем это предполагает бюджетное правило, чтобы поддержать экономику и граждан в момент мощного негативного шока. И это абсолютно оправданно, особенно на начальном этапе кризиса. В этот момент бюджетная политика способна оказать более быструю и значимую помощь экономике, чем денежно-кредитная политика, воздействие которой в полной мере проявляется только в течение 3–6 кварталов. В то же время нынешнее смягчение денежно-кредитной политики будет во многом оказывать влияние на динамику инфляции и экономики в следующем году, таким образом компенсируя эффект предстоящей бюджетной консолидации. При этом подчеркну, что запланированный Правительством полный возврат к параметрам бюджетного правила с 2022 года является принципиально важным не только для долгосрочной устойчивости государственных финансов, но и для стабильности долгосрочных процентных ставок в экономике и, соответственно, эффективности трансмиссионного механизма ДКП.

Что касается платежного баланса, то мы прогнозируем небольшое положительное сальдо по счету текущих операций в 2020–2021 годах — на уровне 2–3 млрд долларов США. Это значительный пересмотр прогноза по сравнению с апрелем, когда предполагался переход сальдо счета текущих операций в отрицательную область. Такая корректировка прогноза связана с двумя факторами. Первый — это существенный пересмотр вверх предпосылки по ценам на нефть: с 27 до 38 долларов США за баррель в 2020 году и с 35 до 40 долларов США за баррель в 2021 году — с учетом произошедшего восстановления цен на нефть под влиянием сделки ОПЕК+. Это отражается и в увеличении прогноза экспорта. Второй фактор — это более длительное снижение импорта услуг, которое уже произошло в II квартале из-за сохранения закрытых границ, приостановки туристических услуг, а также переориентации на внутреннее потребление. Эти ограничения могут отчасти сохраниться и далее в текущем году.

Увеличение прогнозных оценок отрицательного сальдо финансового счета по частному сектору во многом связано с корректировкой прогноза по текущему счету. В прогнозе платежного баланса также учтены планы Минфина по увеличению заимствований в этом году. При этом по сравнению с апрельским прогнозом предполагается менее существенное снижение валютных резервов в 2020–2021 годах с учетом изменения цены на нефть и объема операций в рамках бюджетного правила.

При этом прогноз операций в рамках бюджетного правила включает в себя завершение продаж иностранной валюты, связанных со сделкой с пакетом акций ПАО Сбербанк. Механизм, когда мы реализуем эту валюту только при цене нефти Urals ниже 25 долларов за баррель, прекращает действие до 30 сентября. При сохранении текущей конъюнктуры мирового рынка нефти в августе—сентябре мы планируем осуществить взаимозачет недопроданного остатка валюты в связи со сделкой по Сбербанку с суммами всех отложенных с 2018 года покупок валюты и упреждающих продаж, которые мы проводили в марте—апреле. Сальдо этих операций в рублевом эквиваленте составляет 185 млрд рублей. Этот объем иностранной валюты будет равномерно реализован в дополнение к регулярным операциям в рамках бюджетного правила в течение IV квартала 2020 года.

Если говорить о факторах риска для прогноза, то неопределенность остается значительной — и относительно характера спада, а также восстановительных процессов в российской и мировой экономике, и того, насколько пандемия и ограничительные меры могли отразиться на потенциале экономического роста в России и в мире. Это касается как потенциала восстановления производства, так и возможного изменения потребительских и сберегательных предпочтений населения. Данные факторы, в свою очередь, могут оказать значимое влияние на прогноз инфляции.

Дополнительную неопределенность со стороны внешних условий создает усиление противоречий между США и Китаем, что создает риски как для роста мировой экономики, так и для динамики мировых товарных и финансовых рынков. Остаются риски и со стороны иных геополитических факторов.

Кроме того, на текущем этапе в условиях еще продолжающихся ограничений сложно однозначно оценить, как быстро и широко снижение ключевой ставки будет транслироваться в смягчение денежно-кредитных условий и далее в динамику экономической активности и инфляции. Как мы отмечали ранее, в ближайшее время будет действовать большое число разнонаправленных факторов.

Обращу внимание на то, что на текущем заседании мы перешли к нашему стандартному шагу в изменении ключевой ставки, учитывая, что сейчас уже требуется более тонкая настройка денежно-кредитной политики в рамках базового прогноза, в отличие от ситуации предыдущих месяцев, когда была оправданна решительная реакция денежно-кредитной политики в ответ на шоки. В дальнейшем мы будем оценивать характер изменения денежно-кредитных условий, характер восстановительных процессов в экономике, динамике цен и с учетом этого оценивать целесообразность снижения ключевой ставки на ближайших заседаниях. В целом мы полагаем, что еще может оставаться пространство для смягчения денежно-кредитной политики.

Принимая решение по ключевой ставке, мы также обсуждали, где находится диапазон нейтральной ставки. На текущем этапе мы пересмотрели вниз нашу оценку диапазона нейтральной ключевой ставки в реальном выражении до 1–2% — с 2–3%. Это означает снижение диапазона номинальной нейтральной ставки до 5–6% с учетом цели по годовой инфляции вблизи 4%. Уточнение оценки нейтральной ставки связано прежде всего с изменением внешних факторов, в том числе с формированием процентных ставок в мировой экономике на более низком уровне. А также мы учли снижение страновой премии за риск. При этом напомню, что нейтральная ставка во многом является условным, не наблюдаемым напрямую показателем, зависящим от очень широкого круга факторов. Оценка интервала нейтральной ставки сформирована на основе представленного нам комплексного анализа.

И в заключение в очередной раз подчеркну, что свои решения по денежно-кредитной политике мы принимаем прежде всего исходя из задачи стабилизации инфляции на цели — вблизи 4%.

Добавил suare suare 24 Июля
проблема (1)
Комментарии участников:
imax
+2
imax, 24 Июля , url

glen161 просил передать что постарается вывести в топ эти обещания

vvsupervv66
+3
vvsupervv66, 24 Июля , url

При таком снижении (я даже не говорю темпов) российской экономики данное «снижение» ставки ЦБ всего лишь попытка самим не вылететь быстренько в трубу и переждать, когда наконец-то оживиться мировая экономика.

То есть имеем упор не на российскую экономику.

Вот вобщем-то и все ответы.



Войдите или станьте участником, чтобы комментировать